Понять и просить: почему жулики от благотворительности редко идут под суд

Иркутские полицейские привлекли к уголовной ответственности за мошенничество женщину, которая собирала от лица несуществующей гражданки деньги якобы на лечение тяжело больной дочери. Схема принесла ей как минимум 1,5 млн рублей, но теперь предприимчивой сибирячке грозит реальное лишение свободы. Юристы рассказали «Известиям», где грань, отделяющая невинный обман от уголовщины, и что грозит собирающим средства на мнимых больных.

Кто людям помогает

Несколько жителей Иркутской, Астраханской, Читинской и Калужской областей признаны потерпевшими по делу о многоэпизодном мошенничестве. 40-летняя женщина из Чунского района Иркутской области создала фейковые страницы на сайтах знакомств, где разместила фото привлекательной девушки. От ее имени она вступала в переписку с другими пользователями Сети. В процессе общения она ненавязчиво сообщала о том, что ее маленькая дочь от первого брака страдает тяжким недугом и ей требуется дорогостоящее лечение. Мир не без добрых людей — общий размер ущерба составил 1,5 млн рублей. Связь со своими благодетелями «мамаша» обрывала после получения денег на счет. Схема работала как минимум два года, пока аферистку не задержала полиция.

рубли

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

«В ходе обысков по адресу ее проживания изъяты банковские и сим-карты, сотовые телефоны, ноутбук и другие предметы, имеющие доказательственное значение для уголовных дел. Кроме того, установлено, что подозреваемая не имеет несовершеннолетних детей», — сообщила официальный представитель МВД России Ирина Волк.

Подследственная признала вину. «Общалась с парнем больше четырех месяцев. Потом просто переставала общаться, и всё», — говорит женщина на кадрах оперативной съемки. В качестве доказательств детского недуга женщина высылала фото чужого больного ребенка, найденные ею в интернете.

Узаконенный обман

По мнению адвоката Константина Кудряшова, ключевым моментом в истории с жительницей Челябинской области стал невозврат средств.

— При мошенничестве злоупотребление доверием может заключаться в принятии на себя обязательства при заведомом отсутствии намерения его выполнить. Проще говоря, взять взаймы без намерения вернуть деньги и есть мошенничество.

Само по себе сообщение заведомо ложных сведений, в том числе использование чужой фотографии в социальной сети, без попытки завладения деньгами обманным путем, мошенничеством не является.

— Возможно, мотивом потерпевших, перечислявших обвиняемой деньги, было не только желание помочь больному ребенку, а внешность девушки и содержание переписки, которая могла носить глубоко личный характер, — продолжает собеседник «Известий». — Полагаю, если бы женщина просила перевести деньги в дар, а не взаймы, и для помощи ей самой или реально существующему родственнику, а не для вымышленного больного ребенка, состав преступления в ее действиях отсутствовал бы. Скорее всего, при таких условиях несколько уменьшилось бы и количество желающих перевести деньги, но зато этой деятельностью не заинтересовалась бы и полиция.

рубли

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков
Адвокат напомнил, что преступлением считается обман на сумму более 2500 рублей.

Жительница Прибайкалья, конечно, не первая решила обогатиться на людском сострадании — но это тот редкий случай, когда обман привлек внимание правоохранительных органов. Мошенники часто находят фото больных детей и их истории, перерабатывают, снабжают такие посты реквизитами своих счетов и распространяют в интернете.

Злоумышленники обычно используют соцсети, не имеющие юридического адреса в России, а фото детей — из-за рубежа (чтобы было сложнее найти первоисточник). Чаще всего контент заимствуется в Бразилии, Польше, Чехии, в 90% случаев речь идет о случаях спинальной мышечной атрофии.

Просить аккуратно

По словам адвоката бюро «Щеглов и партнеры» Анастасии Лукьяновой, благотворительная деятельность детально регламентируется действующим законодательством.

— Однако не имеющие систематического характера, обусловленные тяжелой жизненной ситуацией просьбы о переводе денежных средств, исходящие от пользователей социальных сетей, столь строго законодательно не урегулированы, — говорит Лукьянова. — В случае жительницы Чунского района похищенная ею сумма денежных средств составила 1,5 млн рублей, что позволило правоохранительным органам заинтересоваться содеянным.

По ее мнению, единичные просьбы пользователей социальных сетей о переводе небольших денежных сумм едва ли заинтересуют правоохранительные органы.

— Однако просителям необходимо учитывать, что вне зависимости от повода и фактически полученных сумм систематическое получение денежных средств на личные карты и собственные онлайн-кошельки в обход установленного законом порядка имеет все основания для квалификации по ст. 159 УК РФ (мошенничество), если денежные средства были потрачены на личные цели, а также в случае отказа предоставить по запросу дарителей детальный отчет о расходовании денежных средств, — отмечает эксперт.

Таким образом, статья о мошенничестве распространяется на действия лиц, использующих фейковые аккаунты в социальных сетях в целях получения материальной выгоды.

По данным исследования ВЦИОМ, вовлеченность населения в благотворительную деятельность в России высока — 81% респондентов лично участвовал в тех или иных акциях и сборах. Причем 76% не отслеживают, куда ушли их деньги, и не интересуются прозрачностью процедуры распределения средств. По различным оценкам, общий объем благотворительности в России составляет свыше 350 млрд рублей. Половина этих средств — личные деньги граждан.

По словам источника в следственных органах, сама процедура привлечения жуликов от благотворительности к уголовной ответственности требует инициативы дарителей.

— Люди либо проходят мимо объявления в Сети, если чувствуют подвох, либо отдают сумму, которую считают незначительной для себя, и забывают об этом… А процесс привлечения к ответственности, исходя из сложившейся практики, требует непосредственного обращения с заявлением в правоохранительные органы, — пояснил собеседник «Известий». По его словам, с точки зрения криминалистики процесс доказывания такого рода преступления не представляет особой сложности, особенно если в материалах фигурируют реквизиты использованных платежных инструментов.

— Дело часто в психологическом моменте, людей обуревают сомнения до последнего: «вдруг и правда нужна помощь, а я на них донес». На этом и паразитируют мошенники, — подытожил следователь.