Заявить о подозрительном сборе

Проект Ассоциации «Все вместе»

"Все вместе ЗА разУМную помощь"

Ассоциация cоциально-ориентированных некоммерческих организаций «Благотворительное собрание «Все вместе» Оператор грантов Президента Российской Федерации

Меню

Кто стоит за уличными волонтерами, атаковавшими челябинские маршрутки

Кто стоит за уличными волонтерами, атаковавшими челябинские маршрутки

Сбор средств на улицах и в транспорте вызывает вопросы не только у горожан, но и руководителей серьезных фондов

В последнее время общественный транспорт Челябинска наводнили волонтеры, которые просят внести пожертвование на лечение детей. Откуда берутся подростки и кто курирует их деятельность – читайте в нашем расследовании.

Вечер, переполненная маршрутка. Заходит девочка в белой футболке с надписью «Россодействие», надетой на пуховик. Смотрит в одну точку и начинает говорить деревянным голосом заученный текст:

«Уважаемые пассажиры! Помогите Сереже Докшину! Диагноз – церебральный паралич…». Некоторые полезли в карман. Достаю телефон, пытаюсь сфотографировать девочку, но она тут же отворачивается и выходит на следующей остановке.

— Обман стопроцентно, — высказывает мнение пожилая женщина, сидящая напротив. – Одно меня радует: немногие на это ведутся. Единицы дают.

Маршрутка снова останавливается, и в нее заходят две девушки в белых футболках с «фирменной» надписью. И снова начинают повторять текст про Сережу Докшина. В отличие от своей предшественницы, они позволили себя сфотографировать.

— Часто к вам такие волонтеры заходят? – обращаюсь к водителю маршрутки.

— Достали уже, — признается тот. – Каждый день по несколько раз.

Рассматриваю фотографию. На коробочке для сбора средств виден номер телефона Ульяны, мамы Сережи Докшина. Звоню.

— Вы в курсе, что на лечение вашего мальчика волонтеры собирают деньги в маршрутках?

— Конечно, в курсе. Часть уже собрали и перевели на счет клиники, где мы начали курс реабилитации, — голос у Ульяны доброжелательный. – Это клиника китайской медицины, там очень помогают деткам с ДЦП. Иглотерапия, ЛФК, массаж. Один курс стоит 110 тысяч. Мы начали лечение. Приходим в клинику и почти целый день там проводим.

— Как вы узнали про «Россодействие»?

— Подруга подсказала, у нее дочка инвалид. Ей они насобирали на коляску.

— А государство Сережу как-то лечило?

— Проходили курс в центре «Огонек» на ЧМЗ, — Ульяна готова к любому вопросу и, похоже, говорит правду. – Но там не очень у нас были результаты. Еще нас ОТВ показало в программе «Настоящий волшебник». Там мы от фонда «Родная» в другой центр поедем лечиться.

— А вас не смущает способ сбора средств в маршрутках несовершеннолетними?

— У «Россодействия» так принято. У них волонтеры – дети, добровольцы. Они не только в маршрутках, в торговых центрах тоже есть коробочки. И в Интернет информацию про Сережу выложили.

Адрес челябинского отделения «Россодействия» есть в открытом доступе. А вот вывески нет, так что пришлось поплутать по разным кабинетам. Нахожу, наконец, нужную дверь. В кабинете — подростки, в том числе те, кого я видела в маршрутках. Пахнет китайской лапшой.

— Ребята, вы за деньги работаете?

— Нет, бесплатно, — отвечает Сережа Пронин. – Но нам в школу могут дать хорошую характеристику, путевку в летний лагерь.

— Он у нас любитель ездить летом в лагеря, — вступает в разговор Карина, она здесь за старшего. – Фонд ему средства перечислил на путевку в Курск. В основном к нам приходят ребята из неблагополучных семей, которые хотят хоть чем-то помочь обществу.

— Много времени работа отнимает?

— Два часа в день, кто сколько хочет. Если замерз – никто дальше работать не заставляет. Главное – пришел, проявил инициативу, помог больным детям. Мы помогаем матерям-одиночкам, детям-инвалидам и просто людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию.

— Много насобирали?

— 33 проекта выполнено (проект – помощь одному ребенку) на три миллиона. И в работе столько же.

Из дальнейшего разговора выясняется, что отделения фонда действуют в Курске, Орле, Воронеже, Челябинске, Перми, Ставрополе, Рязани, Туле, Белгороде, Ростове-на-Дону, Тамбове. Собирают на детей в разных городах, из нашей области помогли двум мальчикам из Челябинска и одной девочке из Златоуста.

— Гоняют вас водители?

— Частенько. Иногда двери не открывают или прямым текстом посылают нас. Не все верят, что мы собираем детям. За день мы бывает, по несколько раз в одну и ту же маршрутку заходим.

Кто стоит за уличными волонтерами, атаковавшими челябинские маршрутки

Фото Олеси Горюк

 

Кто стоит за уличными волонтерами, атаковавшими челябинские маршрутки

Фото со страницы пользователя Вконтакте

Основатель фонда Александр Жидеев живет в Москве. Помимо фонда занимается выпуском печатной продукции «и еще одним направлением, не скажу, каким». Почему начал помогать больным детям?

— У жены была беременность, протекала тяжело, — вспоминает Александр. – В сентябре 2016 года начал активно помогать другим в надежде, что добро вернется. Так и произошло: дочка родилась здоровой. За первые четыре месяца помог одному ребенку. А за следующие четыре – двадцати одному!

— Почему вы выстроили сеть в разных городах?

— У меня много друзей-предпринимателей. Один занимается домофонами, другой ресторанным бизнесом, третий дизайном. Они руководят отделениями. Деньги получают символические – две тысячи рублей в месяц, но занимаются этим помимо основной работы. Челябинским отделением руководит Карина – она невеста моего друга.

— Как вы набираете волонтеров?

— Размещаем объявления в соцсети на страничках школ, колледжей, техникумов. Половина наших волонтеров – из неблагополучных семей. Мы ведем с ними воспитательную работу. Водим в бильярд, кино.

— Откуда деньги на кино?

— Нам кинотеатры скидку делают. И еще это связано с одним направлением моей деятельности – не скажу каким.

— Ваш фонд зарегистрирован на квартире, почему?

— Это говорит только о том, что у нас нет юридического адреса. Потому что его иметь дорого, мы лучше эти деньги потратим на больных детей. Фонд зарегистрирован на моей квартире.

— Почему вы разрешаете волонтерам просить деньги?

— У нас в торговых центрах стоят ящики для сбора средств. В месяц ящик собирает 500 рублей, максимум две тысячи. Доброволец, выходя на два часа, эту сумму соберет за день. 82% наших средств собрали добровольцы.

— А вы учитываете, сколько негатива при этом вылилось на их еще не окрепшую психику?

— Если человек уверен в своей правоте, ему все нипочем. Ну и считайте меня дурачком, а я деньги перевел.

— Водители недовольны.

— Это вы не с тем водителем общались. Большинство водителей нас поддерживают, мы им дарим наши календарики.

— И серьезные фонды, занимающиеся сбором средств для больных детей, не одобряют ваших методов.

— Я вам расскажу, почему. Вот в Белгороде Чибиряк Вика, Зинчук Соня. Родители во все фонды обращались, никто не помог. А мы помогли. И так более чем сорока детям. А если бы мы работали, как эти фонды, собрали для троих, максимум пятерых. В Курске есть благотворительный фонд, работает 12 лет. Мы в 2016 году начали там работать, вообще не имея опыта. И за 180 дней собрали столько же, сколько они за 360. Считаю, все обвинения нас – это просто зависть.

В мае 2017 года 206 крупнейших и наиболее авторитетных российских благотворительных фондов подписали декларацию о недопустимости сбора средств на улице, проезжей части и в общественном транспорте.

— Мы подписали декларацию и тем самым добровольно себя ограничили, потому что понимаем, что инструмент сбора наличных на улице слишком опасен, слишком много здесь пространства для мошенничества, — утверждает Григорий Мазманянц, исполнительный директор фонда «Подари жизнь».

В числе подписантов декларации есть и челябинский фонд «Искорка».

— Главный минус такого способа – непрозрачность денежных потоков, — считает директор «Искорки» Евгения Майорова. – Я прекрасно понимаю, что они собирают больше. Но это на данный момент. Долго такая структура не продержится. Мне дороже всего репутация нашего фонда, потому что это те дети, которым я помогу в будущем.

***

Родителей больных детей, конечно, можно понять. Для них цель оправдывает любые средства. Мамы мечтают, что их ребенок выздоровеет, окончит школу, поступит в институт. И ни одной из них не хотелось бы, чтобы их чадо побиралось в маршрутках, было обругано матом и рисковало угодить под колеса.

Фото: Олеси Горюк

Источник: http://chel.mk.ru

Расскажите о проекте в соц.сетях