Заявить о подозрительном сборе

Проект Ассоциации «Все вместе»

Проект по борьбе с мошенничеством в сфере НКО

Ассоциация cоциально-ориентированных некоммерческих организаций «Благотворительное собрание «Все вместе» Оператор грантов Президента Российской Федерации

Меню

Сайты-двойники: как не отправить свои деньги не туда

Три организации Томска, совершенно разные по своему виду деятельности заявили о двойниках. В одном случае томичей предостерегают, что от их лица действуют мошенники, во втором отмечены реальные случаи мошенничества, в третьем — аналогичное название организации. Что делать томичам, чтобы, не пойти на поводу у мошенников и не отдать свои деньги не в том направлении.

 

(далее…)

Расскажите о проекте в соц.сетях

Была ли девочка? Мошенники собирают деньги для несуществующих больных

Информацию о потенциальном факте мошенничества детский омбудсмен направила в полицию для проведения проверки.

Имя Виктории Виноградовой, которой якобы требуется дорогостоящее лечение, уже не в первый раз появляется в информационном пространстве региона. Весной этого года в несколько компаний Пермского края пришли письма с просьбой помочь девочке. В одной из этих компаний работал волонтёр фонда «Дедморозим».

(далее…)

Расскажите о проекте в соц.сетях

Бизнес на добрых. Как в Сети собирали деньги на лечение девочки, которой нет

Несколько дней назад в Интернете начался сбор пожертвований на лечение восьмилетней Лиоры Алиевой. На земле трудно найти человека, который был бы болен тяжелее. У Лиоры два рака — щитовидной железы и надпочечников. Ей пересадили сердце и два раза — почку. Но это ещё не всё: сейчас девочке требуется пересадка другой почки. И на это нужно $25 тысяч.

(далее…)

Расскажите о проекте в соц.сетях

Благотворители выходят на тропу войны с мошенниками

«Да крупные фонды всё воруют, вы им не верьте, – набрасывается на меня парень, собирающий деньги “на лечение детей” у входа в метро ВДНХ». Корреспондент «Правмира» Валерия Михайлова заглянула в кэш-боксы тех, кто стоит у метро, и узнала у специалистов, как проверить честность фонда.

Несмотря на разоблачительные материалы в СМИ, «волонтеры», работающие за деньги, продолжают собирать наличные пожертвования «в помощь больным детям» на улицах, в транспорте, у метро. Правда, сомнительные фонды защищают их же подопечные – им хоть как-то, но помогают. Помогают и наживаются на этом.

Рассказываем о том, как найти честный фонд и что изменилось с тех пор, как профессионалы благотворительности вышли на тропу войны с мошенниками.

Кто и почему защищает сомнительные фонды?

«Мне все равно, мошенники они или нет: все там будем, все ответим… Но если они помогают моему сыну, это здорово», – говорит про уже набивший оскомину скандальный фонд «Время» Ирина Щукина, мама мальчика Леши с диагнозом ДЦП. Ирина очень активный и общительный человек. В своем родном городе Домодедово она организовала клуб «Особенный ребенок» – для семей, столкнувшихся с тяжелым детским диагнозом. Потому что, говорит она, устали бороться с системой: «В итоге мы никому не нужны, поэтому мамочки бегают по фондам».

В фонд «Время» Ирина обратилась в прошлом году. На страничке сбора – никакой конкретики. Только длинный слезливый монолог о судьбах детей с тяжелым диагнозом и просьба помочь в сборе 150 тысяч для сына Ирины. На что конкретно? Где выставленные счета на эту сумму? Каков срок сбора? Ни слова. По данным фонда, собрали ровно 12 тысяч рублей. Почти за год.

Звоню Ирине, чтобы выяснить, какая именно помощь до нее дошла. «Леше фонд купил дорогостоящее лекарство, оно тысяч 25 стоит. Дважды помогли. А для моей знакомой купили инвалидную коляску ребенку». Судя по отчетам за прошлый год, каждый месяц НКО зарабатывает порядка 300-350 тысяч рублей. А помогли на 50 за год, и на сайте сбор по-прежнему считается открытым… Странно, правда? Но Ирина фонду очень благодарна и ничего больше не требует: дорогостоящие уколы Леше нужны постоянно, и любая помощь кстати.

Владимир Берхин, руководитель благотворительного фонда «Предание», говорит, что это обычная история:

«Маме больного ребенка не до скандалов – ей хоть бы что-то получить для ребенка. Поэтому мамы практически никогда не “качают права”».

Мама подопечной другого фонда, тоже собирающего деньги на улицах, разместила на своей странице ВКонтакте порядка 20 отказов ей помочь маленьких НКО: это связано с тем, что очередь нуждающихся слишком велика, организации не справляются. И вот появляется некто, кто обещает помочь – как отказаться?

Мила Геранина. Фото Анны Даниловой

Что на выходе? Если подопечные рады любой помощи, если жертвователи не проверяют, куда именно пошли их деньги, если наличные собираются на улицах,– можно делать все что угодно…

«С большой долей вероятности, – объясняет Мила Геранина, координатор проекта «Все вместе против мошенников», – те организации, которые собирают деньги на улицах в переносные ящики-копилки – если речь не идет о каком-то благотворительном мероприятии, о котором было заранее известно – являются неблагонадежными».

 

«Работаем за баллы к ЕГЭ и еду»

– Да крупные фонды всё воруют, вы им не верьте, – набрасывается на меня парень, собирающий деньги «на лечение детей» у входа в метро ВДНХ. – А мы детей спасаем. Это законом не запрещено. Полиция нас часто шмонает, но у нашего куратора есть все документы: они посмотрят и уходят. Наш директор фонда ездил в детдом, я лично с ним ездил.

…Тут же весело подбегает еще один «волонтер», нерусский юноша.

– А сколько вам платят? – спрашиваю.

– Нам не платят.

– А зачем вы это делаете? Какой у вас интерес?

– Нас иногда кормят. Ну и баллы к ЕГЭ получаем, – юноша более открыт и прост, чем его многоопытный коллега.

Все подростки с кэш-боксами, с которыми удалось пообщаться, говорят примерно одно и то же: что хотят делать добрые дела, в свободное от учебы время собирают деньги на больных детей. О «Декларации добросовестности», подписанной 250 фондами со всей страны в феврале этого года – нет, ничего не слышали…

А вот цитата из нее:

«Мы однозначно осуждаем практику сбора наличных денег от имени организации вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий и вне стационарных ящиков для сбора наличных денег, опечатанных и вскрываемых в присутствии независимых контролеров.

Мы не будем применять такого рода технологии для сбора пожертвований.

Мы призываем общественность и частных жертвователей не вносить пожертвования наличными деньгами вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий».

Встреченные в электричке «волонтеры» уже другого фонда – тоже слыхом не слыхивали о ней.

– Ну-ну, сейчас будете говорить, что мы мошенники. Вот, смотрите, у меня бедж есть, с печатью, – говорит тот, что побойчее, и показывает бумажный бедж, где от руки вписано его имя, стоит подпись и печать. – Я учусь, а в свободное время делаю добрые дела. Вот, если не верите, позвоните в наш офис.

Звоню в офис. Отвечает приветливый координатор. Говорит, да, действительно волонтеры работают в электричках. Бесплатно: «Они студенты таких специальностей, как социология, например, поэтому это для них как практика – опыт коммуникации с незнакомыми людьми». Рассказывает, что основные суммы фонд получает через СМС, а это – по большей части распространение информации: «Их главная цель – распространять информацию, боксы – это вторично». «Декларация? Нет, не слышали – фонд еще молодой, мы только начинаем».

Это, вроде, убеждает: а может, кто-то действительно не знал?

Владимир Берхин говорит, что теоретически это возможно, хотя вероятность встретить честных людей среди таких «волонтеров» исчезающе мала. Тем более что некоммерческие организации стремятся к сотрудничеству и должны знать, что происходит в их профессиональной сфере. Позиция Милы Гераниной жестче: информация о подписании Декларации широко распространялась через СМИ, в том числе через 5 телеканалов: «Те, кто этого не знает, скорее всего, и не хотят знать ни о каких правилах».

Отсутствие в списке 250 фондов – не гарантия, что перед вами мошенники. Но это должно настораживать.

Фото: Александр Глуз/spb.kp.ru

А что делать?

Что поменялось? А практически ничего.

О молодых людях и девушках с кэш-боксами «для детей» писали много, журналисты нескольких СМИ внедрялись в их ряды, выясняли, сколько они получают за день работы, как и кем вскрываются ящики с деньгами, как происходит набор «волонтеров», как огромные суммы проходят «мимо кассы». Люди писали на них заявления в полицию, вызывали наряды. В СМИ появлялись несколько материалов, где всю подноготную организаций выкладывают их бывшие руководители подразделений. Толку – никакого. Сборщики только меняют места дислокации и совершенствуют свои сайты. Почему так?

Владимир Берхин

«Это как с нищими, – объясняет Берхин. – Сколько ни рассказывай населению, что попрошайкам подавать не надо, они не переводятся. То же самое и с этими ребятами: пока их не начнут гонять силовые структуры, ничего мы с ними не сделаем».

Вызвать полицию? «Правоохранительные органы не совсем понимают, что с этими ребятами делать, – рассказывает Геранина. – Для возбуждения дела нужен пострадавший, человек, который понес какой-то ущерб от действий организации. Очень сложно его найти. Человек, который пожертвовал 50 рублей, пострадавшим себя не считает. А иначе – состава преступления нет».

Проект «Все вместе против мошенников» в рамках ассоциации благотворительных организаций «Все вместе» был создан в 2017 году как раз для того, чтобы что-то изменилось. «Мы объясняем людям, как помогать правильно, – рассказывает его координатор. – Но пока это вторичная задача. Первичная – понять, как можно те организации и тех лиц, которые прикрываются благотворительной деятельностью, убрать с наших улиц, потому что они сейчас очень подрывают репутацию всего некоммерческого сектора в целом».

 

Не путать с «Детскими деревнями SOS»

Но на улицах встречаются разные товарищи… От ребят в майках фонда «Детские деревни SOS» люди зачастую тоже шарахаются. Но они, во-первых, выглядят старше лжеволонтеров, во-вторых, не собирают наличные.

– Я не волонтер, а фандрайзер фонда, мы работаем за зарплату, но никогда не собираем наличные, – сразу ставит точки над «i» Шамдин, молодой парень в майке НКО, работающий на Гоголевском бульваре.

Информация о том, что фандрайзеры работают на улицах Москвы и Санкт-Петербурга – есть на сайте НКО: там открыто сказано, что в рамках акции «Прямой диалог» они ищут доноров и распространяют информацию о фонде.

«Пожертвования наличными деньгами ребята не берут», – вот ключевая недвусмысленная фраза.

Если у человека есть банковская карта, он может на месте, через планшет фандрайзера, перечислить деньги на расчетный счет организации – и впоследствии увидеть отчет на сайте «Деревень SOS».

Шамдин, в отличие от подростков у ВДНХ, говорит четко, конкретно, спокойно – рассказывает о том, чем занимаются «Деревни SOS». Интересно, что сам промоутер не очень доверяет благотворительным фондам.

– Почему?

– Из-за мошенников. Многие же на этом спекулируют: трудно понять, кто честен, а кто нет.

– А как вы стали фандрайзером, почему поверили?

– Я живу рядом с деревней SOS, я вижу, что они делают дело.

Кстати, «Детские деревни SOS» пресловутую Декларацию подписали…

Жители «детской деревни SOS». Фото: henderson.ru

Как распознать сомнительных благотворителей по сайту?

И все-таки не доверять никому лишь по той причине, что кто-то наживается на чужих бедах – не выход. Надо проверять.

«Главное, куда нужно смотреть, – на деньги, отчеты, – объясняет Владимир Берхин. – Насколько подробно и полно фонд рассказывает, сколько он денег получил и откуда, и куда он их потратил».

По словам главы фонда «Предание», это главный маркер, остальное можно подделать так, что обыватель не догадается: «Например, не будучи специалистом, вы не поймете, нужна ли помощь ребенку: у него лимфома 4-й стадии, спасти уже нельзя, а фонд собирает на операцию в Германии. Это распространенная схема. На детей собирают довольно большие суммы, но ребенок умирает, а деньги присваиваются».

Евгений Глаголев

Закон не обязывает фонды отчитываться в публичном пространстве. «Официальная отчетность фондов в государственные органы не покажет обычному человеку никакой конкретики, кроме общих цифр, – говорит Евгений Глаголев, руководитель БФ “Правмир”. – Поэтому фонды, которые заботятся о своей репутации, стараются максимально прозрачно показать движение поступающих средств и расходы, делают отчетность публичной.

Например, на главной странице нашего фонда можно увидеть «градусник», по которому ясно: сколько собрано на каждого подопечного, столько осталось собрать, кто именно пожертвовал средства. В один клик можно попасть на отдельную страницу, где показаны все пожертвования на конкретного человека – конкретные суммы и имена жертвователей. Так что каждый человек, переведя средства в фонд, может проверить, отражено ли его пожертвование на сайте. Сделать такое, используя кэш-боксы на улицах, невозможно, поэтому это очень удобное поле для махинаций».

Берхин призывает внимательно читать отчеты, потому что даже у скандально известного фонда «Время» они тоже есть – за 2015 и 2016 годы. Но детализация – куда именно поступили деньги – отсутствует, в каждой строке отчета дублируется запись «Проведение иных целевых мероприятий». Для сравнения: у фонда «Подари жизнь» есть кнопка «Найти свое пожертвование» – можно проверить, куда конкретно оно пошло.

Да, в небольших фондах бывают задержки с публичной отчетностью, но в любом случае информация по конкретным сборам должна обновляться, а если сбор закончен – акты и оплаченные счета можно найти на странице сбора.

Следующий маркер – история фонда: что он успел сделать, пишет ли о нем пресса, сотрудничает ли он с коллегами.

Третий способ проверки – найти подопечного НКО в соцсетях (хотя это не всегда возможно), узнать, в курсе ли он, что этот фонд ему собирает деньги, каковы основания для сбора именно такой суммы и т.д. «Как правило, – говорит Берхин, – все мамы больных детей есть в соцсетях и активны. Но оказывается, что некоторые даже не знают, что какой-то фонд ведет сбор на их детей. И этих денег они, естественно, не видят».

Четвертый – можно обратить внимание на качество сайта, его наполнения: «Мошенники обычно плохо пишут тексты, плохо подбирают фотографии, плохо верстают сайты и неряшливо их ведут. Потому что их цель – быстро «срубить» денег».

Но недобросовестные организации, предупреждает Владимир, быстро учатся… Мимикрируют под честные компании, по выражению Милы Гераниной: «Как только мы говорим, что должны быть отчеты, у них появляются отчеты, как только мы говорим, что необходимо разрешение на проведение акции в том или ином месте, у них появляются документы, похожие, на взгляд обывателя, на такое разрешение. Например, есть уведомление в префектуру о том, что они собираются в этом районе что-то делать, но разрешения префектуры они не получали».

«Короче, любое мошенничество надо «колоть» на конкретику», – подытоживает Берхин. Но это, естественно, требует времени и усилий, поэтому… «лучше выбирать надежные организации, о которых вам точно известно, что они добросовестные».

Фото Екатерины Черепановой/забрабочий.рф

Что может сделать обычный человек?

Дело, хоть медленно, но движется. Проект «Все вместе против мошенников» ведет переговоры с РЖД о размещении в поездах и на вокзалах информационных плакатов. Готовит «карту мошенничества» – где будут указаны места сбора денег неблагонадежными организациями. Проводит конференцию, где пытается выработать общие меры против мошенников. Ждет ответа от правоохранительных органов – совсем недавно в Твери были задержаны лжеволонтеры, их бывший региональный руководитель подал заявление в полицию на свое начальство.

Если люди делают пожертвования на улицах, значит, могут и хотят заниматься благотворительностью. Главное, направить это желание в правильное, честное, русло.

Что можно сделать самим?

Обычный человек, сделавший пожертвование в фонд, вправе интересоваться, куда пошли его деньги.

По словам Владимира Берхина, у нас в стране еще нет культуры благотворительной помощи, и не у всех благотворителей есть культура общения с донорами: «А у простых людей – нет понимания, что за свои пожертвованные 50 рублей можно с организации спрашивать». Этому надо учиться.

Гарантом добросовестности для московских фондов (а большая часть БФ – именно в Москве) будет членство в благотворительном собрании «Все вместе». Туда нелегко попасть. Присутствие фонда в списках на Dobro.mail.ru – тоже гарантия качества: их проверяют сотрудники проекта, а также служба безопасности Mail.ru.

А что, если встретили на улице подростка, собирающего наличные? «Лучше всего – сфотографировать его, – говорит Берхин. – И через сайт подать заявление в местное УВД. Когда подаешь через сайт, они обязаны дать ответ. Этот ответ можно переслать в проект «Все вместе против мошенников», они собирают такие данные». И, конечно, не давайте денег.

Сочувствуете, но сомневаетесь? По крайней мере, переводите деньги на расчетный счет организации и требуйте отчета о ходе сбора, о его результатах. Если хотите помочь по-настоящему, придется потрудиться. Или довериться тем, кто точно не обманет.

P.S. Если вам кажется, что волонтер – мошенник, вы можете написать об этом сюда: stop-obman@wse-wmeste.ru

Если вы хотите просто найти фонд или проект, которому точно можно доверять, вам сюда:

http://wse-wmeste.ru/about/talking/ (московские фонды и санкт-петербургский «Адвита»)

https://dobro.mail.ru/

Источник: http://www.pravmir.ru/ Благотворительный Фонд «Православие и Мир»

Расскажите о проекте в соц.сетях

В Казани прошел «круглый стол» «Интернет и благотворительность: благо или искушение»

На мероприятии встретились руководители благотворительных фондов республики, представители МВД по Республике Татарстан, юристы, маркетологи и журналисты.

Собравшиеся обсудили вопросы противодействия мошенничеству, контроля   благотворительными фондами и общественными организациями республики, Интернет – пространства и социальных сетей, с целью выявления фишинговых сайтов, развития благотворительного краудфандинга.

Одной из ключевых тем стала проблема «благотворительного» мошенничества, которой участники круглого стола уделили особое внимание. Начальник отделения отдела «К» МВД по РТ Максим Максимов рассказал о способах мошенничества в Интернете, обратив особое снимание на то, что зачастую жертвами мошенников становятся люди, которые не утруждают себя детальной проверкой существования того или иного сайта, правомерности сбора средств. Он поддержал идею общественного контроля и системы гарантий индивидуального сбора средств для лечения детей и инвалидов со стороны авторитетных благотворительных фондов.

Собравшиеся сошлись во мнении, что необходимо создать общественную площадку для мониторинга благотворительной активности, популяризации деятельности надежных фондов. Название подобной площадки «Адреса милосердия» отвечает задачам укрепления связей между благотворителями, фондами и средствами массовой информации.

В завершении участники  мероприятия приняли меморандум «Интернет-территория добра и гуманизма«, призывающий направить усилия общественности на достижение прозрачности механизмов сбора средств в Интернете, консультирование граждан по оказанию благотворительной помощи, открытие «горячей линии» и создание общественного клуба «Адреса милосердия».

Пресс-служба МВД по Республике Татарстан

Источник: https://www.mngz.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Верховный суд разберется с двойниками фонда «Подари жизнь»

Верховный суд (ВС) пересмотрит решения судов Красноярска, отказавших благотворительному фонду «Подари жизнь» Чулпан Хаматовой и Дины Корзун в защите от незаконного клонирования наименования организации. Суды отказываются пресекать деятельность самозванцев, которые используют раскрученные наименования НКО, вводя в заблуждение других лиц и подрывая институт благотворительности.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС 11 июля рассмотрит кассационную жалобу московского фонда помощи детям с тяжелыми заболеваниями «Подари жизнь», созданного в 2006 году актрисами Чулпан Хаматовой и Диной Корзун. Они обжалуют решения судов Красноярска, отказавшихся прекратить деятельность одноименного фонда, учрежденного в 2015 году красноярскими предпринимателями Еленой и Олегом Чипизубовыми (см. “Ъ” от 8 апреля 2016 года и 9 февраля 2017 года). Суды в Красноярске сочли, что нормы Гражданского кодекса (ГК) охраняют лишь названия коммерческих организаций, а не НКО. Но истцы настаивают, что деятельность «двойников» подрывает репутацию общеизвестной НКО и институт благотворительности, лишая реальной помощи тяжелобольных детей.

ВС просят сформировать «важную и необходимую практике правовую позицию» о том, что наименование НКО подлежит защите от создателей клонов. В жалобе говорится, что госпожа Чипизубова «под видом работника» общеизвестного фонда «Подари жизнь» осуществляла сбор средств для якобы благотворительной деятельности (по материалам дела, получала пожертвования и нанимала сотрудников, которые по ее указанию брали займы в банках), однако фактически фонд-клон такую деятельность не вел. Cами предприниматели не скрывали в ходе процесса, что создали фонд для сбора средств на лечение одного ребенка-сироты, которого им разрешили усыновить. На сайте фонда об усыновлении не говорится, при этом можно обнаружить и другие проекты (например, по отправке детей в летние лагеря), но подтверждающие это предусмотренные законодательством документы и отчетность отсутствуют. Указанный на сайте фонда номер мобильного телефона был выключен, на звонки по номеру в данных о регистрации фонда никто не ответил.

По мнению заявителей, суды не оценили нарушение их интересов, хотя должны были исследовать вопрос недобросовестности ответчика, иначе «любое наименование НКО может быть использовано с причинением вреда и введением в заблуждение лиц в отсутствие реального осуществления благотворительности». Эти доводы заслуживают внимания и вызывают сомнения в законности обжалуемых решений судов, согласился судья ВС Вячеслав Горшков в определении о передаче дела на рассмотрение коллегии.

«Законодательство и судебная практика не препятствуют появлению благотворительных фондов-клонов, которые используют наименования известных фондов с безупречной репутацией, паразитируя на них, собирают средства граждан и организаций, а тратят их на неизвестные, в том числе регистрирующему их Минюсту, цели»,— отмечает представитель фонда Чулпан Хаматовой, управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай. В Минюсте “Ъ” сообщили, что правила регистрации НКО в данном деле не нарушены, поскольку полные названия спорящих фондов «не идентичны»: московский зарегистрирован как «Благотворительный фонд помощи детям с онкогематологическими и иными тяжелыми заболеваниями “Подари жизнь”», а красноярский — как «Благотворительный фонд “Подари жизнь 24”». Ведомство, однако, не уточняет, что цифры «24» появились в измененном названии красноярского фонда только в апреле этого года, а в 2015 году оно было зарегистрировано Минюстом с «брендом», идентичным московскому. По данным «Картотеки.ру», в РФ было зарегистрировано еще около 30 фондов «Подари жизнь». По мнению Минюста, «в качестве одного из механизмов защиты интересов благотворительных организаций могут использоваться институты товарного знака или знака обслуживания». Но в целом проблему «целесообразно рассматривать комплексно, привлекая специалистов в области интеллектуальной собственности, информационного и уголовного отраслей права», поскольку использовать наименование известной благотворительной организации «могут и группы лиц, действующие без госрегистрации».

Отметим, что сложности в применении принципа добросовестности в частном праве обсуждались в мае на VII Петербургском международном юридическом форуме. Министр юстиции Александр Коновалов тогда заявил, что «выработкой критериев объективной добросовестности должны заниматься суды», поскольку «нравственность и правоприменение не имеют между собой в формальных терминах ничего общего».

Анна Пушкарская, Санкт-Петербург

Источник: https://www.kommersant.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Грани благотворительности

В последнее время в социальных сетях наблюдается небывалый всплеск всевозможных благотворительных сборов на самые разные, порой неожиданные нужды. О помощи просят все: от приютов для бездомных животных до родителей тяжело больных детей. Еще несколько лет назад ничего подобного не было в помине. Что же произошло? Упал уровень жизни населения или социальные связи стали более прозрачными, информация более доступной? В ситуации разбирался корреспондент VSE42.Ru.

Потребности и возможности

Почему сегодня так часто собирают деньги именно на лечение детей? Ведь здоровье самых маленьких граждан должно в первую очередь волновать государство и находиться под его пристальным вниманием и заботой. Однако деньги для детей собирают, как говорится, всем миром. Собирают на лекарства и операции, причем совсем не обязательно зарубежные. А к широкой общественности обращаются, потому что стоимость лечения часто оказывается неподъемной. К примеру, высокотехнологичная операция для детей, страдающих врожденным пороком сердца или заболеваниями сердечно-сосудистой системы в России составляет 200-400 тысяч рублей, в зависимости от сложности. Медикаменты тоже стоят больших денег. Так, на приобретение одного из препаратов, применяемого при легочной гипертензии, требуется около 200 тысяч рублей. И одной упаковки не всегда хватает на курс лечения. Дозировка зависит от возраста ребенка и назначения кардиолога. А значит, может понадобиться значительно большая сумма. К сожалению, неподъемная для простой российской семьи.

И тем не менее, отношение к сбору средств через те же соцсети неоднозначное. Например, заместитель главы Кемерова Олег Коваленко, курирующий социальную сферу областного центра, следующим образом прокомментировал ситуацию:

– Сбор денег на операции в 90% случаев – шельмовство. Часто операция делается бесплатно, государством. А потом эти же люди просят деньги в интернете. В 100% ситуаций есть официальный способ помощи. Кто-то идет по этому пути, кто-то не идет. Дело в людях. Кто-то воспринимает помощь, кто-то нет.

И, как можно предположить, существующая система медицинской помощи едва ли способна полностью обеспечить запрос людей, нуждающихся в срочных высокотехнологичных операциях, дорогостоящих лекарствах и психологической поддержке. В этой связи уместно привести данные Главного финансового управления Кемеровской области. Так, в первом квартале 2017 года здравоохранение Кемеровской области получило финансирование в размере 34,6% от запланированного. Получается, что благотворительные фонды и НКО взяли на себя часть функций, которые государство не может выполнить в силу явно недостаточного финансирования.

Ящики для пожертвований

Официальной статистики, какой процент сборов является мошенничеством, нет. А дети, которые без посторонней помощи могут погибнуть, есть. И часто лечение им требуется экстренное. Такими детьми по мере возможности занимаются благотворительные фонды. Уже само существование фондов подтверждает то, что потребности больных пациентов государство не способно удовлетворить на 100%. Иначе не было бы смысла в работе таких известных благотворительных организаций, как фонд «Подари жизнь», «Русфонд», благотворительный фонд Константина Хабенского, фонд помощи хосписам «Вера», которые привлекают как средства частных лиц, так и крупного бизнеса. Работают подобные благотворительные организации и в Кемеровской области.

Например, фонд «Детское сердце» год от года реализует различные формы сбора благотворительных пожертвований. Размещает проекты на краудфандинговых платформах (planeta.ru, boomstarter.ru и др.), занимающихся так называемым народным финансированием социально значимых проектов, устанавливает ящики для сбора пожертвований в торговых центрах, банках, да и постами в соцсетях не брезгует. Сотрудники фонда задействуют любые ресурсы. Мы обратились за комментарием к заместителю исполнительного директора фонда «Детское сердце» Светлане Бураго:

– Наш фонд активно расширяет связи с представителями кемеровского предпринимательского сообщества и крупными российскими компаниями. За счет этого увеличиваем сборы, даже несмотря на кризис в стране. Администрация города и области идут навстречу. Счета фонда «Детское сердце» пополняют средства, полученные на ежегодном рождественском аукционе в Кемерове. Сборы от благотворительных спектаклей, приуроченных к «Всемирному дню сердца», тратятся на адресную помощь на высокотехнологичные, малоинвазивные операции детям с пороками сердца и оснащение детских кардиологических отделений лечебных учреждений Кемерова, – говорит Светлана Бураго.

Соответственно, можно сделать вывод, что это оснащение в настоящее время является как минимум недостаточным.

Оригиналы или дешевые аналоги?

Работает в Кемерове и благотворительный фонд, который оказывает помощь детям, страдающим онкологическими заболеваниями, – «Под крылом надежды». Помимо сбора средств на лечение и медикаменты фонд ставит перед собой еще одну важную задачу – психологическая и социальная поддержка семей, которые постигла беда. Тяжелый диагноз, как правило, повергает родителей в шок. И психолог фонда сопровождает их на всем пути лечения и выздоровления, а нередко и после ухода ребенка, которому медицина не смогла помочь.

– С самого начала мы понимали, что помогать нужно не просто одному ребенку. А нужно помогать всем детям, которые проходят лечение. И не только детям, но и их родителям. Время болезни ребенка – это длительный семейный кризис. Мамы вместе с детьми в отделении проводят не только месяцы, но и годы жизни. И нужно создавать такое помогающее пространство для семьи, в котором можно получить помощь на всех этапах лечения – в самом начале, когда семья переживает шок от диагноза и предстоящей неизвестности лечения, на протяжении всего лечения и после его окончания. Именно поэтому мы нацелены на создание системы многогранной профессиональной помощи – психологической, педагогической, информационной, социальной, финансовой, – говорит один из создателей фонда Инна Самсонова.

Планы благотворителей – это, конечно, хорошо. Но вот реальная ситуация в здравоохранении в целом от них не зависит. Достаточно вспомнить пресловутое импортозамещение, которое, как утверждают специалисты, принесло немало проблем. Так, один из экспертов в кемеровском медицинском сообществе на условиях анонимности описал ситуацию, которая сегодня происходит в лечении онкологических заболеваний. По его словам, политика сокращения бюджетов медицинских учреждений приводит к тому, что докторам приходится заменять оригинальные высокоэффективные противоопухолевые препараты более дешевыми аналогами – китайскими или индийскими дженериками, обладающими заметно меньшей эффективностью. По оценкам специалистов, иногда она составляет до 30 процентов в сравнении с оригинальными лекарствами.

– Формально медицинское учреждение отчитывается в том, что пациенты снабжены лекарственными препаратами, а в реальности люди, в данном случае неважно, дети это или взрослые, умирают без качественных медикаментов. И все ради экономии бюджета. Причем все всё понимают, но делают вид, что проблемы нет, – объясняет источник сайта.

И выход из этой ситуации один – обратиться за поддержкой в один из московских или региональных фондов, где могут помочь с получением оригинальных лекарств.

Жертвовать, чтобы не стать жертвой

В благотворительной помощи нуждаются и частные приюты для бездомных животных. Статьи сбора средств – лечение, стерилизация, корма, текущие расходы на содержание помещений. Поддержка частных приютов – чистой воды благотворительность, так как государство не принимает никакого участия в их финансировании. Создание приютов для животных, возможно, изначально основывается на чувстве сострадания к бездомным собакам и кошкам и кому-то со стороны может показаться прихотью его основателей. Однако если взглянуть на их деятельность под иным углом, станет ясно, что приюты выполняют важную общественную функцию – регулируют численность бездомных животных, несущих опасность для жителей городов.

По идее, решением проблемы одичавших животных должен заниматься муниципалитет – организовывать отлов, стерилизацию, возврат в места прежнего проживания. Но сложилось так, что цивилизованный способ заботы о бездомных животных взяли на себя именно приюты.

Кемеровский приют «Верный» функционирует с 2013 года. Широкая общественность узнала о «Верном» только после страшного пожара, который случился в приюте 18 сентября 2016 года. По словам учредителя приюта Татьяны Медведевой, следствие до сих пор идет. Две проведенные экспертизы установили факт поджога. Тогда заживо сгорело 107 собак и 5 кошек. Однако виновных в поджоге так и не нашли.

– Раньше мы существовали практически только на свои средства. До пожара почти никто не помогал. Всплеск пожертвований был во время трагедии. Мы даже не ожидали. У меня телефон не замолкал. Звонили со всех уголков России, ситуацию с пожаром в нашем приюте активно освещали СМИ. Привозили деньги, продукты, медикаменты. Если бы не помощь людей, то сегодня приюта бы не было, – рассказывает Татьяна.

Основные расходы организаторы приюта оплачивают из собственного кармана либо с помощью благотворительных пожертвований.

– На сегодняшний день в приюте содержится 106 собак и 85 кошек. Если принимать всех животных, которых привозят неравнодушные люди, то можно хоть каждый день организовывать по целому приюту, – описывает ситуацию с бездомными животными в Кемерове Татьяна.

А поскольку существующие в городе приюты не в состоянии оказать помощь всем животным, то те продолжают пополнять армию бездомных, чья судьба – скитаться по помойкам, дичать от голода, нападать на жителей города или… гибнуть от рук догхантеров. Личное дело каждого, жертвовать деньги на бездомных кошек и собак или нет.

И все-таки благотворительность в отношении бездомных животных – это не только доброе дело. Это еще и банальная забота о безопасности городской среды, всех жителей Кемерова, которые запросто могут стать жертвами бродячих собак.

Народное финансирование

Еще один инструмент благотворительности, который все активнее используется в России – краудфандинг. Его базой являются специальные сайты, где авторы рассказывают о своих идеях и озвучивают суммы, необходимые для их реализации. Любой желающий может финансово поддержать издание книги, съемку кино или мультфильма, запись музыкального альбома, важный на его взгляд социальный или бизнес-проект, суммой, которую посчитает уместной. Наиболее крупные краудфандинговые площадки в России на сегодняшний день – planeta.ru и boomstarter.ru.

Несмотря на то, что они позволяют собирать деньги на разные цели от научных исследований до подарка другу, самыми популярными разделами остаются кино, музыка, литература. Так в 2011 году музыкальный коллектив «БИ-2» первым в России всего за полгода собрал один миллион рублей по схеме краудфандинга. А в 2015 году на сайте Planeta.ru группа Бориса Гребенщикова «Аквариум» установила рекорд суммы сбора – 7 303 803 рубля на запись нового альбома.

Народное финансирование медленно, но весьма успешно, приживается в России, и специалисты прочат ему большое будущее. Краудфандинг позволяет сделать процесс поддержки культуры и искусства более демократичным, дает возможность помочь в осуществлении талантливых задумок напрямую конкретным людям, без одобрения государственных министерств и ведомств. И что немаловажно, краудфандинг – прозрачный и эффективный механизм финансирования проектов обычными людьми, причем минимальными суммами.

– Рост благотворительности связан с вынужденным замещением государственных функций. Если не хватает финансирования государства на то, чтобы вылечить детей, чтобы полноценно содержать театры, музеи и т.д., граждане начинают самоорганизовываться и берут на себя эти функции. Развитие благотворительности в разных ее формах говорит о становлении гражданского общества, о воспитании гражданина, личности, когда человек задумывается о чем-то большем, чем только об индивидуальном благе, и хочет принести пользу другим, – анализирует рост благотворительности в России социолог, кандидат политических наук Елена Шапкина.

… и псевдоблаготворительность

К сожалению, обратной стороной благотворительности являются мошеннические схемы. Именно возможность обращаться за помощью к широкой аудитории открывает дверь разного рода аферистам. Чем больше добропорядочных граждан организовывает благотворительные сборы, тем больше людей пытается незаконно нажиться, играя на эмоциях интернет-аудитории. Вариантов мошеннической благотворительности много – это и сомнительные фонды, и объявления об адресной помощи, использующие чужие имена и истории. Видя страшные диагнозы, люди отдают деньги, а куда они ушли, проследить оказывается невозможно. Так рождается недоверие к организациям, которые занимаются реальной благотворительностью. Вот что об этом говорит исполнительный директор фонда «Детское сердце» Светлана Бураго:

– Сложно морально устоять перед обвинениями в мошенничестве, доказать, что мы честные, что у нас все прозрачно. Люди не хотят углубляться в работу фонда, анализировать подробные отчеты, считают, что фонды создаются только для отмывания денег. А это не так. Голословно обвинить очень просто. Мы отчитываемся о каждой потраченной копейке. Вся информация есть на сайте. Мы всегда готовы ответить на любые вопросы.

Резонный совет дает и заместитель главы города Олег Коваленко:

– Нужно осознанно помогать. Видеть, кому ты даешь. Через государственные учреждения и официальные фонды жертвовать надежнее. Это гарантия, что помощь дойдет до адресата. Нужно трезво оценивать ситуацию.

Но существуют примеры просьб о финансовой помощи, которые нельзя назвать мошенничеством, однако их уместность вызывает большое сомнение. К примеру, совсем недавно жительница города Березовский разместила на своей страничке в соцсети объявление о сборе 15 000 рублей для поездки в Томск на соревнования по гиревому спорту. Причем соревнования эти неофициальные, некалендарные, некий «междусобойчик» среди своих.

Для работающей кемеровчанки сумма, скорее всего, посильная. В конце концов, можно обратиться за помощью к друзьям, родственникам, но девушка решила привлечь к сборам более широкую аудиторию – и это ради 15 000 рублей. Корреспонденты сайта VSE42.Ru решили уточнить в департаменте молодежной политики и спорта Кемеровской области, обращалась ли к ним вышеупомянутая гражданка с официальной просьбой оплатить ее поездку в Томск. Выяснилось, что обращение в департамент не поступало. По сути, девушка хотела удовлетворить свою прихоть за чужой счет. Как говорится, не напрягаясь.

Подобные случаи заставляют задуматься о том, что благотворительность – это не всегда однозначное благо. Так что как и кому помогать, каждый решает сам. Но порой нужно уметь различать благотворительность и псевдоблаготворительность.

Ссылка на источник: http://vse42.ru/

 

Расскажите о проекте в соц.сетях

Секция «Мошенники в интернете»

Теперь доступно видео по секции «Мошенничество в сети Интернет».
Модератор – Григорий Мазманянц, исполнительный директор фонда «Подари жизнь».

На секции поднимались следующие темы:
Использование чужого бренда:
а) зарегистрированные фонды,
б) мошеннические, фейковые сайты, страницы в соцсетях,
в) аккаунты в соцсетях якобы сотрудников фондов.

2. Использование чужих материалов (подопечных):
а) зарегистрированные фонды,
б) мошеннические, фейковые сайты, страницы в соцсетях.
3. Спам рассылки
4. Спам посты в соцсетях.

Если Вы сталкиваетесь с мошенниками в сетях, то делитесь информацией в комментариях, отправляйте жалобы в техподдержку или представителям организаций, которые становятся жертвами мошенников.

Расскажите о проекте в соц.сетях