Заявить о подозрительном сборе

Проект Ассоциации «Все вместе»

Проект по борьбе с мошенничеством в сфере НКО

Ассоциация cоциально-ориентированных некоммерческих организаций «Благотворительное собрание «Все вместе» Оператор грантов Президента Российской Федерации

Меню

Стоп-обман: 5 способов проверить, что вас не «развели на деньги»

Помочь деньгами – самый быстрый способ выручить человека в беде. Но как убедиться, что ваша помощь ушла по адресу? 5 подсказок Милы Гераниной, координатора проекта «Все вместе против мошенников»

Для начала давайте определимся, что мы говорим именно о финансовой помощи, а не о волонтерской, когда мы посвящаем часть времени и сил на добрые дела. Многие считают, что передать деньги – лучший способ поддержать в беде. Не буду спорить, деньги нужны всегда. Это короткий путь к лекарствам, анализам, билетам, кормам для животных и еще много к чему. Именно их чаще всего и просят.

Соцсети пестрят фотографиями несчастных, а по наших городам ходят «волонтеры» с прозрачными ящиками, тыкают в нос прохожим документами и собирают на ДЦП для бедного малыша. К счастью, люди у нас сердобольные, и хоть 5 рублей, но наскребут, даже бабушка-пенсионерка. Жалко же бедняжку с ДЦП. Правда, с большой долей вероятности никакого ребенка, которому собирают на лечение в электричках, нет. Или помощь ему на самом деле не нужна – перед вами мошенники. Вот несколько способов отличить честные фонды от тех, кто использует благотворительность как «упаковку» для собственного обогащения.

1. Честные фонды не собирают средства на улицах

Исключение — благотворительное мероприятие, о котором можно прочесть, заглянув к ним на сайт и на сторонние ресурсы. Честный фонд средь бела дня не пойдет на улицу с ящиками денег просить у прохожих. И вот почему: 1) сбор наличных средств затрудняет прозрачность отчетности – принципиальный момент для честных фондов, которые превыше всего ставят доверие тех, кто помогает. 2) слишком трудозатратно и нерентабельно; уличным сборщикам с ящиками надо платить, а значит из собранных 100 рублей пожертвований минимум 40 рублей потеряется на зарплатах и других административных выплатах. Честные фонды всеми силами стремятся сократить административные расходы и гордятся этим, потому что чем меньше административные расходы, тем более эффективно ты работаешь. Итак, если не хотите попасть впросак, просто не жертвуйте наличные на улице.

2. Честные фонды всегда открывают детали

Вам подробно расскажут, на что пойдут средства, покажут счета, оформленные на фонд и не будут скрывать полную историю болезни. То есть не «сбор на ДЦП» нет, а сбор средств для покупки инвалидной коляски, оплаты курса реабилитации и так далее. И деньги перечисляются не семье, а тому, кто предоставляет услуги или оборудование. Контакты контрагента не скрываются, и вы легко можете с ним связаться.

3. Представители честных фондов знают про свою организацию все

Их волонтеры никогда не скажут вам «вот визитка руководства, звоните», или «денег жалко, не мешай другим помогать». Волонтеры, если уж они действительно волонтеры, всегда внимательные, отзывчивые и никогда вам не нагрубят. Для них, вообще-то, честь быть волонтером.

4. Про честные фонды пишут в СМИ и соцсетях хорошее

Даже если они совсем маленькие. Кто-нибудь про них да пишет хорошее, а не только они сами о себе на своем сайте. У них есть неравнодушные сторонники, которые всегда будут поддерживать их. Не поленитесь, наведите справки через поисковики в интернете.

5. Честные фонды стараются не давить на жалость

Они не заставляют вас чувствовать себя виноватым, если вы не отдали свои последние 5 рублей. У вас всегда есть выбор, пожертвовать деньгами или помочь делами. Вы всегда можете взять паузу, подумать и только потом принять решение. Если вам предлагают немедленно, здесь и сейчас расстаться с рублем и не оставляют другой возможности пожертвовать, то лучше не надо.

Помогать — правильно. Помогать деньгами — важно. И еще важнее — помогать тем, кому эта помощь действительно нужна.

 

Об авторе

Мила Геранина. Фото с сайта fr2017.crno.ru

Мила Геранина — координатор проекта «Все вместе против мошенников»  Ассоциации «Все вместе», директор по фандрайзингу  Центра благотворительности и социальной активности в Москве «Благосфера». С 2003 года занимается организацией социальных мероприятий в государственных и коммерческих структурах.

 

Источник: https://www.miloserdie.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Добро без мошенничества

Как помогать и не стать жертвой мошенников — обсудили правозащитники и представители благотворительных фондов за круглым столом в Законодательном Собрании Челябинской области.

 

На Южном Урале зарегистрировано 150 благотворительных фондов, но не все из них работают честно. К тому же, в регионе становится всё больше псевдоволонтёров, которые собирают деньги на оживлённых перекрёстках и возле торговых комплексов. Их, заявляют участники встречи, можно смело назвать мошенниками. Ведущие некоммерческие организации России приняли декларацию, которая осуждает сбор наличных вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий и стационарных ящиков-копилок.
— К сожалению, законодательно никаких репрессий в отношении недобросовестных организаций у нас не предусмотрено, и этим пользуются такие фирмы-гастролёры, которые появились у нас. Они из региона в регион переезжают, они изучили все правила маркетинга, — отметила Маргарита Павлова, уполномоченный по правам человека в Челябинской области.

Ассоциация благотворительных организация создала информационный ресурс stop-obman.info, чтобы рассказывать населению о деятельности профессиональных организаций и разоблачать мошенников. И советуют: если на улице вы видите людей, которые собирают деньги в прозрачные ящики, нужно не вынимать купюры, а обращаться в полицию.

 

Источник: http://www.mgntv.ru/
Расскажите о проекте в соц.сетях

Стоп, обман

Куда уходят деньги: как проверить НКО на честность

Работа благотворительных фондов невозможна без помощи неравнодушных граждан. К сожалению, многие из нас с трудом представляют, как работают некоммерческие благотворительные организации, и этим, в свою очередь, пользуются мошенники. Вместе с экспертами разбираемся, как отследить пожертвованные в НКО деньги и не попасться на удочку недобросовестных «благотворителей».

— На самом деле, даже обычному пользователю отследить свои пожертвования в честном фонде очень просто, — рассказывает Владимир Берхин, президент фонда «Предание». — Для этого достаточно понимать основные способы отчетности НКО.

Как говорит Берхин, любой фонд, который всерьез озабочен вопросами прозрачности и выстраивания доверительных отношений с жертвователями, использует один из двух механизмов работы с финансовыми отчетами. Первый — публикация входящих и исходящих платежей. То есть в течение нескольких минут после того, как вы сделали платеж на сайте выбранного вами фонда, он должен отобразиться на странице НКО. На сайте вы сможете увидеть, что деньги лежат на счету того человека, которому вы их пожертвовали, и что они достанутся именно тому, кому предназначены.

20%
положенных на содержание офиса, в приличных фондах считается хорошим тоном не тратить целиком

— Самые продвинутые фонды при этом еще и публикуют платежное поручение, то есть официальный банковский документ, — продолжает Владимир Берхин.
По словам директора фонда «Предание», этот механизм автоматический. Кроме того, вы сможете отследить не только судьбу своих денег, но и количество пожертвований других людей — большинство жертвователей анонимны.

Не все сайты благотворительных НКО оснащены таким образом, чтобы предоставлять полный отчет о своих действиях в режиме реального времени. Есть еще один вариант действий фондов — они не публикуют все входящие платежи, но при этом полностью доступны для общения и комментариев. Каждый пользователь в любой момент может позвонить, написать сотрудникам или прийти в офис.

Об этом способе отчетности рассказывает директор благотворительного фонда «Детские сердца» Екатерина Бермант:

— Изначально наш фонд работал в офлайне, потому на сайте нет возможности отслеживать платежи, — говорит Екатерина Бермант. — Но, если человек хочет узнать, дошли ли его деньги, он может позвонить или написать нам, все контакты в открытом доступе. Отмечу, что в нашем фонде человек может пожертвовать как конкретному ребенку, так и сделать «неадресный» платеж, то есть в общую кассу. В этом случае день­ги пойдут детям, которым лечение необходимо прямо сейчас, исходя из назначенного врачом срока операции. Также у нас всегда есть запас средств на случай, если какому‑то подопечному срочно понадобится помощь. Все эти детали мы сообщаем при непосредственном обращении наших жертвователей.

Все вместе: На сегодняшний день уже 260 российских фондов приняли и подписали декларацию о добросовестности в сфере благотворительности.

По мнению Владимира Берхина, этот способ отчетности фондов менее совершенный, но в некоторых случаях более уместен, например когда у фонда нет большого потока входящих платежей. Также этот вариант часто работает при проведении благотворительных мероприятий или публикаций в соцсетях от лица фонда или его директора.

Честные фонды отчитываются и о сумме, потраченной на содержание офиса и зарплату сотрудникам, отмечает Бермант:

— Считается хорошим тоном 20 процентов, которые положены на содержание офиса, не тратить целиком. Наш фонд тратит «на себя» только 4,5 процента, об этом написано у нас на сайте. Иногда организация открывает сбор на зарплату и содержание офиса — эту модель каждый фонд выбирает сам.

Таким образом, любой пользователь, прежде чем отправить пожертвование по назначению, может самостоятельно проверить фонд на честность.

— Первый и главный признак, который отличает мошенников, — при отчетности они не пользуются ни одним из вышеперечисленных способов, — считает Владимир Берхин. — Они не публикуют платежные поручения, а при попытках расспросить, куда ушли день­ги, дают общие ответы.

Самый простой способ проверить, мошенники перед вами или нет, — найти на сайте раздел «отчеты» и его изучить. В нормальном случае на странице должно быть подробно расписано, кому, куда и когда были отправлены деньги пользователей. Чест­ные фонды перечисляют средства на лечение не семье, которой нужна помощь, а непосредственно в медицинское учреждение, и показывают счета:

— Еще один важный момент — честные фонды никогда не выводят просто так на улицы волонтеров с ящиками, и вообще стараются не иметь дело с наличными, — рассказывает Екатерина. — Фонды собирают средства в определенных местах и в определенные дни, например на официальных благотворительных ярмарках, информацию о которых можно узнать на сайтах самих фондов.

И последний пункт, который поможет вам понять, как не отправить деньги в карман мошеннику: добросовестные благотворительные НКО никогда не собирают платежи на карту частного лица.

— Как только при оформлении платежа возникает карточка част­ного лица, вероятность обмана увеличивается в десятки раз, — говорит Владимир Берхин. — Для пользователя именно этот фактор также может оказаться проверкой фонда на честность.

Многие российские благотворительные организации объединились в проект «Все вместе против мошенников». На сегодня уже 260 фондов подписали декларацию о добросовестности в сфере благотворительности. Названия организаций можно найти на сайте Ассоциации «Все вместе». Подробнее о мошенничестве в сфере благотворительности можно узнать на сайте stop-obman.info

Источник: http://msk.mr7.ru

Расскажите о проекте в соц.сетях

Мастерская важных дел 2.0

21 сентября в 18.00 состоится Мастерская важных дел 2.0.

На повестке дня — лжефонды. Наши гости из ассоциации «Все вместе» расскажут, как избежать обмана со стороны несуществующих фондов, а также о бессмысленности раздачи деньги в переходах и на улице. А после, для тех, кто не смог прийти 19 сентября, мы устроим презентацию нашего проекта

Где?

г.Москва, м.Китай-Город, Большой Трехсвятительский переулок, д.3, ауд. 200

Регистрация:

https://blagotvoritelnyy-events.timepad.ru/event/568858/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Что скрывается за ящиками-копилками «Добро всегда»?

Проект «Все вместе против мошенников» с журналистами «Москва 24» пообщались с «волонтёрами» фонда «Добро всегда», познакомились с руководителем, который ничего не помнит ни о подопечных, ни об организациях, которым оказывается помощь, а также попытались увидеть отчётность Фонда, но, как оказалось, смотреть было нечего.

Подробнее в видео репортаже.

Источник: Москва 24

Расскажите о проекте в соц.сетях

Благотворители выходят на тропу войны с мошенниками

«Да крупные фонды всё воруют, вы им не верьте, – набрасывается на меня парень, собирающий деньги “на лечение детей” у входа в метро ВДНХ». Корреспондент «Правмира» Валерия Михайлова заглянула в кэш-боксы тех, кто стоит у метро, и узнала у специалистов, как проверить честность фонда.

Несмотря на разоблачительные материалы в СМИ, «волонтеры», работающие за деньги, продолжают собирать наличные пожертвования «в помощь больным детям» на улицах, в транспорте, у метро. Правда, сомнительные фонды защищают их же подопечные – им хоть как-то, но помогают. Помогают и наживаются на этом.

Рассказываем о том, как найти честный фонд и что изменилось с тех пор, как профессионалы благотворительности вышли на тропу войны с мошенниками.

Кто и почему защищает сомнительные фонды?

«Мне все равно, мошенники они или нет: все там будем, все ответим… Но если они помогают моему сыну, это здорово», – говорит про уже набивший оскомину скандальный фонд «Время» Ирина Щукина, мама мальчика Леши с диагнозом ДЦП. Ирина очень активный и общительный человек. В своем родном городе Домодедово она организовала клуб «Особенный ребенок» – для семей, столкнувшихся с тяжелым детским диагнозом. Потому что, говорит она, устали бороться с системой: «В итоге мы никому не нужны, поэтому мамочки бегают по фондам».

В фонд «Время» Ирина обратилась в прошлом году. На страничке сбора – никакой конкретики. Только длинный слезливый монолог о судьбах детей с тяжелым диагнозом и просьба помочь в сборе 150 тысяч для сына Ирины. На что конкретно? Где выставленные счета на эту сумму? Каков срок сбора? Ни слова. По данным фонда, собрали ровно 12 тысяч рублей. Почти за год.

Звоню Ирине, чтобы выяснить, какая именно помощь до нее дошла. «Леше фонд купил дорогостоящее лекарство, оно тысяч 25 стоит. Дважды помогли. А для моей знакомой купили инвалидную коляску ребенку». Судя по отчетам за прошлый год, каждый месяц НКО зарабатывает порядка 300-350 тысяч рублей. А помогли на 50 за год, и на сайте сбор по-прежнему считается открытым… Странно, правда? Но Ирина фонду очень благодарна и ничего больше не требует: дорогостоящие уколы Леше нужны постоянно, и любая помощь кстати.

Владимир Берхин, руководитель благотворительного фонда «Предание», говорит, что это обычная история:

«Маме больного ребенка не до скандалов – ей хоть бы что-то получить для ребенка. Поэтому мамы практически никогда не “качают права”».

Мама подопечной другого фонда, тоже собирающего деньги на улицах, разместила на своей странице ВКонтакте порядка 20 отказов ей помочь маленьких НКО: это связано с тем, что очередь нуждающихся слишком велика, организации не справляются. И вот появляется некто, кто обещает помочь – как отказаться?

Мила Геранина. Фото Анны Даниловой

Что на выходе? Если подопечные рады любой помощи, если жертвователи не проверяют, куда именно пошли их деньги, если наличные собираются на улицах,– можно делать все что угодно…

«С большой долей вероятности, – объясняет Мила Геранина, координатор проекта «Все вместе против мошенников», – те организации, которые собирают деньги на улицах в переносные ящики-копилки – если речь не идет о каком-то благотворительном мероприятии, о котором было заранее известно – являются неблагонадежными».

 

«Работаем за баллы к ЕГЭ и еду»

– Да крупные фонды всё воруют, вы им не верьте, – набрасывается на меня парень, собирающий деньги «на лечение детей» у входа в метро ВДНХ. – А мы детей спасаем. Это законом не запрещено. Полиция нас часто шмонает, но у нашего куратора есть все документы: они посмотрят и уходят. Наш директор фонда ездил в детдом, я лично с ним ездил.

…Тут же весело подбегает еще один «волонтер», нерусский юноша.

– А сколько вам платят? – спрашиваю.

– Нам не платят.

– А зачем вы это делаете? Какой у вас интерес?

– Нас иногда кормят. Ну и баллы к ЕГЭ получаем, – юноша более открыт и прост, чем его многоопытный коллега.

Все подростки с кэш-боксами, с которыми удалось пообщаться, говорят примерно одно и то же: что хотят делать добрые дела, в свободное от учебы время собирают деньги на больных детей. О «Декларации добросовестности», подписанной 250 фондами со всей страны в феврале этого года – нет, ничего не слышали…

А вот цитата из нее:

«Мы однозначно осуждаем практику сбора наличных денег от имени организации вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий и вне стационарных ящиков для сбора наличных денег, опечатанных и вскрываемых в присутствии независимых контролеров.

Мы не будем применять такого рода технологии для сбора пожертвований.

Мы призываем общественность и частных жертвователей не вносить пожертвования наличными деньгами вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий».

Встреченные в электричке «волонтеры» уже другого фонда – тоже слыхом не слыхивали о ней.

– Ну-ну, сейчас будете говорить, что мы мошенники. Вот, смотрите, у меня бедж есть, с печатью, – говорит тот, что побойчее, и показывает бумажный бедж, где от руки вписано его имя, стоит подпись и печать. – Я учусь, а в свободное время делаю добрые дела. Вот, если не верите, позвоните в наш офис.

Звоню в офис. Отвечает приветливый координатор. Говорит, да, действительно волонтеры работают в электричках. Бесплатно: «Они студенты таких специальностей, как социология, например, поэтому это для них как практика – опыт коммуникации с незнакомыми людьми». Рассказывает, что основные суммы фонд получает через СМС, а это – по большей части распространение информации: «Их главная цель – распространять информацию, боксы – это вторично». «Декларация? Нет, не слышали – фонд еще молодой, мы только начинаем».

Это, вроде, убеждает: а может, кто-то действительно не знал?

Владимир Берхин говорит, что теоретически это возможно, хотя вероятность встретить честных людей среди таких «волонтеров» исчезающе мала. Тем более что некоммерческие организации стремятся к сотрудничеству и должны знать, что происходит в их профессиональной сфере. Позиция Милы Гераниной жестче: информация о подписании Декларации широко распространялась через СМИ, в том числе через 5 телеканалов: «Те, кто этого не знает, скорее всего, и не хотят знать ни о каких правилах».

Отсутствие в списке 250 фондов – не гарантия, что перед вами мошенники. Но это должно настораживать.

Фото: Александр Глуз/spb.kp.ru

А что делать?

Что поменялось? А практически ничего.

О молодых людях и девушках с кэш-боксами «для детей» писали много, журналисты нескольких СМИ внедрялись в их ряды, выясняли, сколько они получают за день работы, как и кем вскрываются ящики с деньгами, как происходит набор «волонтеров», как огромные суммы проходят «мимо кассы». Люди писали на них заявления в полицию, вызывали наряды. В СМИ появлялись несколько материалов, где всю подноготную организаций выкладывают их бывшие руководители подразделений. Толку – никакого. Сборщики только меняют места дислокации и совершенствуют свои сайты. Почему так?

Владимир Берхин

«Это как с нищими, – объясняет Берхин. – Сколько ни рассказывай населению, что попрошайкам подавать не надо, они не переводятся. То же самое и с этими ребятами: пока их не начнут гонять силовые структуры, ничего мы с ними не сделаем».

Вызвать полицию? «Правоохранительные органы не совсем понимают, что с этими ребятами делать, – рассказывает Геранина. – Для возбуждения дела нужен пострадавший, человек, который понес какой-то ущерб от действий организации. Очень сложно его найти. Человек, который пожертвовал 50 рублей, пострадавшим себя не считает. А иначе – состава преступления нет».

Проект «Все вместе против мошенников» в рамках ассоциации благотворительных организаций «Все вместе» был создан в 2017 году как раз для того, чтобы что-то изменилось. «Мы объясняем людям, как помогать правильно, – рассказывает его координатор. – Но пока это вторичная задача. Первичная – понять, как можно те организации и тех лиц, которые прикрываются благотворительной деятельностью, убрать с наших улиц, потому что они сейчас очень подрывают репутацию всего некоммерческого сектора в целом».

 

Не путать с «Детскими деревнями SOS»

Но на улицах встречаются разные товарищи… От ребят в майках фонда «Детские деревни SOS» люди зачастую тоже шарахаются. Но они, во-первых, выглядят старше лжеволонтеров, во-вторых, не собирают наличные.

– Я не волонтер, а фандрайзер фонда, мы работаем за зарплату, но никогда не собираем наличные, – сразу ставит точки над «i» Шамдин, молодой парень в майке НКО, работающий на Гоголевском бульваре.

Информация о том, что фандрайзеры работают на улицах Москвы и Санкт-Петербурга – есть на сайте НКО: там открыто сказано, что в рамках акции «Прямой диалог» они ищут доноров и распространяют информацию о фонде.

«Пожертвования наличными деньгами ребята не берут», – вот ключевая недвусмысленная фраза.

Если у человека есть банковская карта, он может на месте, через планшет фандрайзера, перечислить деньги на расчетный счет организации – и впоследствии увидеть отчет на сайте «Деревень SOS».

Шамдин, в отличие от подростков у ВДНХ, говорит четко, конкретно, спокойно – рассказывает о том, чем занимаются «Деревни SOS». Интересно, что сам промоутер не очень доверяет благотворительным фондам.

– Почему?

– Из-за мошенников. Многие же на этом спекулируют: трудно понять, кто честен, а кто нет.

– А как вы стали фандрайзером, почему поверили?

– Я живу рядом с деревней SOS, я вижу, что они делают дело.

Кстати, «Детские деревни SOS» пресловутую Декларацию подписали…

Жители «детской деревни SOS». Фото: henderson.ru

Как распознать сомнительных благотворителей по сайту?

И все-таки не доверять никому лишь по той причине, что кто-то наживается на чужих бедах – не выход. Надо проверять.

«Главное, куда нужно смотреть, – на деньги, отчеты, – объясняет Владимир Берхин. – Насколько подробно и полно фонд рассказывает, сколько он денег получил и откуда, и куда он их потратил».

По словам главы фонда «Предание», это главный маркер, остальное можно подделать так, что обыватель не догадается: «Например, не будучи специалистом, вы не поймете, нужна ли помощь ребенку: у него лимфома 4-й стадии, спасти уже нельзя, а фонд собирает на операцию в Германии. Это распространенная схема. На детей собирают довольно большие суммы, но ребенок умирает, а деньги присваиваются».

Евгений Глаголев

Закон не обязывает фонды отчитываться в публичном пространстве. «Официальная отчетность фондов в государственные органы не покажет обычному человеку никакой конкретики, кроме общих цифр, – говорит Евгений Глаголев, руководитель БФ “Правмир”. – Поэтому фонды, которые заботятся о своей репутации, стараются максимально прозрачно показать движение поступающих средств и расходы, делают отчетность публичной.

Например, на главной странице нашего фонда можно увидеть «градусник», по которому ясно: сколько собрано на каждого подопечного, столько осталось собрать, кто именно пожертвовал средства. В один клик можно попасть на отдельную страницу, где показаны все пожертвования на конкретного человека – конкретные суммы и имена жертвователей. Так что каждый человек, переведя средства в фонд, может проверить, отражено ли его пожертвование на сайте. Сделать такое, используя кэш-боксы на улицах, невозможно, поэтому это очень удобное поле для махинаций».

Берхин призывает внимательно читать отчеты, потому что даже у скандально известного фонда «Время» они тоже есть – за 2015 и 2016 годы. Но детализация – куда именно поступили деньги – отсутствует, в каждой строке отчета дублируется запись «Проведение иных целевых мероприятий». Для сравнения: у фонда «Подари жизнь» есть кнопка «Найти свое пожертвование» – можно проверить, куда конкретно оно пошло.

Да, в небольших фондах бывают задержки с публичной отчетностью, но в любом случае информация по конкретным сборам должна обновляться, а если сбор закончен – акты и оплаченные счета можно найти на странице сбора.

Следующий маркер – история фонда: что он успел сделать, пишет ли о нем пресса, сотрудничает ли он с коллегами.

Третий способ проверки – найти подопечного НКО в соцсетях (хотя это не всегда возможно), узнать, в курсе ли он, что этот фонд ему собирает деньги, каковы основания для сбора именно такой суммы и т.д. «Как правило, – говорит Берхин, – все мамы больных детей есть в соцсетях и активны. Но оказывается, что некоторые даже не знают, что какой-то фонд ведет сбор на их детей. И этих денег они, естественно, не видят».

Четвертый – можно обратить внимание на качество сайта, его наполнения: «Мошенники обычно плохо пишут тексты, плохо подбирают фотографии, плохо верстают сайты и неряшливо их ведут. Потому что их цель – быстро «срубить» денег».

Но недобросовестные организации, предупреждает Владимир, быстро учатся… Мимикрируют под честные компании, по выражению Милы Гераниной: «Как только мы говорим, что должны быть отчеты, у них появляются отчеты, как только мы говорим, что необходимо разрешение на проведение акции в том или ином месте, у них появляются документы, похожие, на взгляд обывателя, на такое разрешение. Например, есть уведомление в префектуру о том, что они собираются в этом районе что-то делать, но разрешения префектуры они не получали».

«Короче, любое мошенничество надо «колоть» на конкретику», – подытоживает Берхин. Но это, естественно, требует времени и усилий, поэтому… «лучше выбирать надежные организации, о которых вам точно известно, что они добросовестные».

Фото Екатерины Черепановой/забрабочий.рф

Что может сделать обычный человек?

Дело, хоть медленно, но движется. Проект «Все вместе против мошенников» ведет переговоры с РЖД о размещении в поездах и на вокзалах информационных плакатов. Готовит «карту мошенничества» – где будут указаны места сбора денег неблагонадежными организациями. Проводит конференцию, где пытается выработать общие меры против мошенников. Ждет ответа от правоохранительных органов – совсем недавно в Твери были задержаны лжеволонтеры, их бывший региональный руководитель подал заявление в полицию на свое начальство.

Если люди делают пожертвования на улицах, значит, могут и хотят заниматься благотворительностью. Главное, направить это желание в правильное, честное, русло.

Что можно сделать самим?

Обычный человек, сделавший пожертвование в фонд, вправе интересоваться, куда пошли его деньги.

По словам Владимира Берхина, у нас в стране еще нет культуры благотворительной помощи, и не у всех благотворителей есть культура общения с донорами: «А у простых людей – нет понимания, что за свои пожертвованные 50 рублей можно с организации спрашивать». Этому надо учиться.

Гарантом добросовестности для московских фондов (а большая часть БФ – именно в Москве) будет членство в благотворительном собрании «Все вместе». Туда нелегко попасть. Присутствие фонда в списках на Dobro.mail.ru – тоже гарантия качества: их проверяют сотрудники проекта, а также служба безопасности Mail.ru.

А что, если встретили на улице подростка, собирающего наличные? «Лучше всего – сфотографировать его, – говорит Берхин. – И через сайт подать заявление в местное УВД. Когда подаешь через сайт, они обязаны дать ответ. Этот ответ можно переслать в проект «Все вместе против мошенников», они собирают такие данные». И, конечно, не давайте денег.

Сочувствуете, но сомневаетесь? По крайней мере, переводите деньги на расчетный счет организации и требуйте отчета о ходе сбора, о его результатах. Если хотите помочь по-настоящему, придется потрудиться. Или довериться тем, кто точно не обманет.

P.S. Если вам кажется, что волонтер – мошенник, вы можете написать об этом сюда: stop-obman@wse-wmeste.ru

Если вы хотите просто найти фонд или проект, которому точно можно доверять, вам сюда:

http://wse-wmeste.ru/about/talking/ (московские фонды и санкт-петербургский «Адвита»)

https://dobro.mail.ru/

Источник: http://www.pravmir.ru/ Благотворительный Фонд «Православие и Мир»

Расскажите о проекте в соц.сетях

Совет при детском омбудсмене подготовит меры борьбы с лжеволонтерами

Общественный совет при детском омбудсмене подготовит пакет предложений по борьбе с мошенниками и лжеволонтерами к сентябрю, сообщает аппарат уполномоченного по правам ребенка в РФ.

Рабочая группа провела заседание по этому вопросу в среду. Ранее о намерении разработать меры по борьбе с мошенниками и лжеволонтерами, собирающими деньги якобы на помощь больным детям, заявила уполномоченный по правам ребенка в РФ Анна Кузнецова.

«В течение недели по итогам заседания рабочих групп будет подготовлен пакет предложений, которые обсудят на расширенном заседании Общественного совета при детском омбудсмене в середине сентября. На заседание будут приглашены представители правоохранительных органов, профильных ведомств, руководители федеральных и региональных благотворительных фондов», — говорится в сообщении.

Как рассказал в ходе заседания рабочей группы председатель БРОО «Скорая молодёжная помощь» Антон Андросов, по результатам независимого расследования, проведенного его организацией, стало известно, что за год сомнительными фондами могут собираться по несколько десятков миллионов рублей. Часть этих средств уходит на оплату работы волонтёров, в качестве которых иногда привлекаются несовершеннолетние.

Как сообщает аппарат детского омбудсмена, в условиях отсутствия чёткого государственного регулирования в данной сфере некоммерческие организации занимаются саморегулированием: на данный момент 249 благотворительных организаций подписали мораторий на сбор уличных пожертвований.

По словам координатора проекта «Все вместе против мошенников» Милы Гераниной, с учётом подписанного моратория «можно утверждать, что почти 100% уличных волонтёров занимаются мошенничеством» и лишь единичные фонды используют практику сбора пожертвований на улицах в качестве целенаправленных благотворительных акций.

РИА Новости https://ria.ru/society/20170803/1499656676.html

Расскажите о проекте в соц.сетях

«Собирала на лечение от рака, а купила машину»

Фальшивые благотворители: главы серьезных фондов взялись за уличных сборщиков денег

За «волонтеров» из фальшивых фондов, которые собирают деньги на улицах на якобы благотворительные цели, похоже, взялись всерьез. Причем вовсе не полиция — она, к сожалению, пока еще плавает в этом вопросе и не имеет четкого представления о том, какие меры принимать в отношении лжеблаготворителей. За дело взялись сами руководители уважаемых и авторитетных фондов.

«Собирала на лечение от рака, а купила машину»

фото: Алексей Меринов

Фонды эти организовали проект «Все вместе против мошенников» и 2 августа обсуждали свои планы по противодействию нарастающей активности аферистов. К ним присоединилась и уполномоченный по правам детей в РФ Анна Кузнецова, которая считает, что уличные попрошайки в первую очередь наносят вред несовершеннолетним, поскольку втягивают их в мошенничество, ведь большинство из тех, кто стоит с коробками возле метро или раздает флажки и ленточки, — подростки.

Как рассказывают организаторы проекта, со сборщиками «помощи» на улицах справиться совсем не так просто, как это кажется на первый взгляд. Почему, например, полиция никак не реагирует на то, что на улицах собирают деньги, даже если бдительные граждане пытаются сдать сборщиков? Делают фото- и видеозаписи, предоставляют их правоохранителям. Ответ прост: стражи порядка не видят разницы между «хорошими» и «плохими» фондами, для них они все на одно лицо. Вроде деньги собирают, вроде детей лечат. Кто их разберет.

Причем имеет место важный момент: «плохие» фонды действительно лечат детей, однако совсем не в тех масштабах, в каких это делают «хорошие». Обычно на попечении такого фонда может быть 2–3 тяжело больных ребенка, которым фонд может оплатить и лечение, и поездку на лечение. Другой вопрос — сколько при этом такой фонд отдаст больным детям, а сколько оставит себе? Волонтеры на улице способны собрать около 10 тысяч в день. Есть фонды, которые работают сразу в нескольких регионах — к примеру, в семи. Итого 70 тысяч в день. За месяц — 2 100 000 рублей. Совсем небольшая часть денег уйдет на административные расходы. На лечение детей потратят примерно 400–500 тысяч. А основную часть денег оставляют себе хозяева фонда.

«Хорошие» фонды оставляют себе строго 20 процентов от сборов, разрешенных законом. Кроме того, по каждому случаю предоставляют подробные отчеты. Однако ничто не мешает «плохим» изображать из себя «хороших». Как только в прессе и Интернете стали писать, что в благотворительности необходимы отчеты, фонды, подозреваемые в мошенничестве, тут же вывесили их на своих сайтах. Однако чаще всего в медицинских документах этих отчетов черт ногу сломит — и правоохранительные органы даже не пытаются в них разбираться.

Для проведения акций на улицах также необходимы разрешения. Как только об этом стали говорить, все сборщики стали носить бумажки с печатями. Однако кто и когда на самом деле их выдал — тоже остается загадкой.

Но между «хорошими» и «плохими» фондами все-таки остается одно самое главное отличие: сбор средств на улицах. Честные фонды признаются, что добывать деньги таким способом изо дня в день для них просто нерентабельно, еще более невыгодно привлекать к этому несовершеннолетних — слишком много бумажной волокиты и рисков. Они ограничиваются либо разовыми акциями на мероприятиях, либо установкой специальных ящиков в людных местах — супермаркетах, бизнес-центрах и т.п. «Правильные» фонды могут посылать волонтеров на улицу, только чтобы информировать о своих программах и агитировать граждан оформлять платежи с карт, с наличкой они стараются не иметь никаких дел. «Неправильные» же, напротив, никогда не откажутся от уличных сборов, ведь только в этом случае деньги практически не поддаются никакому учету.

Решением проблемы, по мнению благотворителей, может стать только специальный закон, запрещающий любые сборы на улицах. Однако уличные сборы — это лишь верхушка айсберга. Дальше клубок все равно придется распутывать. Борьба с уличными сборами непременно потянет за собой и борьбу с частными сборами в соцсетях, где предприимчивые граждане давно и успешно собирают миллионы. Причем эти денежные потоки также не контролирует никто, и то тут, то там вспыхивают локальные скандальчики: одна собирала себе на лечение рака, а купила новую машину. Другие хотели лечить тяжелобольную дочь, а в итоге с собранных средств открыли магазин.

Самое печальное то, что люди, готовые отозваться на чужую беду и спасти человека, сталкиваясь с подобными случаями, могут махнуть рукой и отказаться от своих намерений.

А без благотворительности, увы, очень многие проблемы пока решить невозможно.

Расскажите о проекте в соц.сетях

Президентские гранты 2017

Наш проект «Все вместе против мошенников» выиграл президентский Грант!

Благодаря гранту у нам появится возможность расширить границы информационной кампании и сделать её федеральной — с наружной рекламой, объявлениями в транспорте, публикациями в федеральных и региональных СМИ, обучить НКО основам отчётности, которая позволит гражданам отличить честную организацию от мошеннической, и создать уникальный сборник кейсов по борьбе с действиями псевдоблаготворительного характера.

 

Подробнее о проекте: Президентскиегранты.рф

Расскажите о проекте в соц.сетях

«Гражданские активисты» с коробками для денег: кто они

Уже второй год в многолюдных местах областного центра нередко можно встретить молодых людей в жёлтых накидках с надписью «гражданский активист», с ящичками для сбора денег и фотографиями детей, ради которых якобы они и вышли на улицы…

Как правило, это бойкие на язык подростки, хорошо обученные тактике общения, умеющие выбрать из городской толпы потенциальных «клиентов»- мам с детьми, сердобольных старушек, обладателей толстых кошельков. Знающие, как давить на жалость и совесть. Правда, когда «гражданских активистов», гордо именующих себя волонтёрами, начинаешь расспрашивать, какой фонд они представляют и что за дети на фотографиях, красноречие их тут же пропадает — подростки стараются ретироваться.

Бескорыстность под вопросом

На себе испробовано. Первый раз положила сторублёвку в ящик не задумываясь, но при дальнейших встречах стало интересно, кому помогут мои деньги? Тем более, ни Детский фонд, ни другие известные благотворительные фонды области, работающие честно и открыто, не собирают на улицах средства для нужд тяжелобольных детей. Отсюда и возникающие сомнения по поводу данной «благотворительности».

Кто же эти люди, призывающие нас устами вятских школьников или студентов, нанятых за проценты от собранных средств, к совести и милосердию?

Как пояснил уполномоченный по делам ребёнка в Кировской области Владимир Шабардин, к истинной благотворительности, которая основана прежде всего на строгой отчётности за каждый перечисленный фонду рубль, бескорыстности, безвозмездности и адресности, они отношения не имеют.

Это представители фонда, зарегистрированного в далёком Красноярском крае. Компания позиционирует себя как благотворительная и выступает с патетическими лозунгами типа: «Мы хотим изменить мир! Наша цель помочь каждому нуждающемуся!». Правда, лозунги как-то не совсем точно вписываются в деятельность фонда, который уже успел «наследить» во многих российских регионах — в Новосибирске, Пензе, Ростове-на-Дону, Санкт-Петербурге, Йошкар-Оле. К слову, фонд сворачивает свою деятельность в одной области и перебирается в следующую как только чувствует к себе повышенный интерес со стороны общественности. Так было, к примеру, в Пензе. И что печально, подобные лжеблаготворители изначально приучают молодёжь к тому, что деньги «не пахнут». Пусть даже «отщипнутые» от пожертвований на поддержку детей из скудного пенсионерского кармана.

Правда, есть среди кировской молодёжи и те, кто, отработав день и получив из этого же ящичка зарплату, начинают сознавать, что занимаются не волонтёрством и тем более не благотворительностью в её настоящем понимании. Такие ребята приходят в аппарат уполномоченного по делам ребёнка и делятся своими сомнениями.

«На нужды руководства фонда»

Нашествие фонда, как считает Владимир Шабардин, высвечивает две проблемы. Во-первых, непонятно, какая сумма от тех же 100 рублей, переданных сердобольным гражданином на лечение ребёнка, действительно до него дойдёт (таких подтверждений нигде нет) и сколько «осядет» на нужды руководства фонда. Во-вторых, фонды, работающие честно и прозрачно, уверены, что такая нечистоплотность очерняет и бросает тень на всю благотворительную деятельность.

— Здесь, на мой взгляд, найдена умелая форма зарабатывания денег, спровоцированная пробелом в законодательстве. И единственный способ на сегодня избавиться от таких «благотворителей» — просто игнорировать их. А для истинной, адресной помощи больным детям и другим категориям нуждающихся у нас есть свои региональные благотворительные фонды, такие, как Кировское отделение Российского детского фонда, «Дорогою добра», «Птица счастья», «Это чудо», с которыми мы тесно сотрудничаем», — говорит Уполномоченный по правам ребёнка в Кировской области.

Чтобы оградить доверчивых граждан от подобных лжефондов, представители российских благотворительных фондов провели в мае первую общероссийскую конференцию «Все вместе против мошенников». Была принята декларация о добросовестности в сфере благотворительности. Данный документ признал порочной и недопустимой набирающую силу практику сбора пожертвований от имени организаций в местах скопления людей — как с применением внешних признаков благотворительного сбора (прозрачный ящик, фото подопечных, информация о фонде-сборщике и так далее), так и под видом «благотворительной» продажи сувениров.

«Как правило, — говорится в декларации, — этим занимаются люди, выдающие себя за волонтёров, а на деле получающие процент от вырученных средств, то есть коммерческие агенты, которые обманывают общественность».

Сейчас к этой декларации присоединились более 250 фондов, в том числе и наши региональные.

На конференции было принято решение препятствовать уличному «лжеволонтёрству», и через обращения к законодателям.

Как отметил Владимир Шабардин, никто не говорит о том, что ящики-копилки следует запрещать в принципе. Они возможны в двух случаях: если размещены стационарно, как, к примеру, делает это Детский фонд или фонд «Наследие Вятки». В этом случае идёт строгий учёт их содержимого. Или же в ходе организованных акций, о которых сообщается заранее.

— Бесконтрольный сбор наличных денег на постоянной основе провоцирует их нецелевое использование и подрывает доверие к благотворительности в целом,- уверен Владимир Валерьевич.

Источник: http://kirovpravda.ru

Расскажите о проекте в соц.сетях