Заявить о подозрительном сборе

Проект Ассоциации «Все вместе»

Проект по борьбе с мошенничеством в сфере НКО

Ассоциация cоциально-ориентированных некоммерческих организаций «Благотворительное собрание «Все вместе» Оператор грантов Президента Российской Федерации

Меню

Лже-волонтеры продолжают собирать с кировчан деньги

Лже-волонтеры продолжают собирать с кировчан деньги. Они представляются активистами одного из благотворительных фондов, зарегистрированного в Красноярском крае. Собирают деньги якобы на лечение тяжелобольных детей. Годами проверенные кировские благотворительные фонды официально отказались от сбора денег на улице. Почему они это сделали? И как определить, кому можно доверять, если решили сделать пожертвование? Екатеринбург, Ульяновск, Вологда, Пенза… А теперь — ещё и Киров. Активисты собирают деньги в регионах для детей из других городов.

Кто-то проходит мимо, некоторые — останавливаются. И в коробку — летят купюра за купюрой. Активисты представляются волонтерами. Но с языка срывается — работа. Псевдо-волонтёры получают плату за свои услуги. Причем, из тех денег, что собирают на помощь больным детям.

Подработка для школьников, работа — для организаторов. Сколько из собранных средств дойдет до самоГО больного ребенка, и дойдёт ли вообще — большой вопрос. Фонд Аурея зарегистрирован в Красноярском крае. Что же тогда работает в Кирове? Его филиал? Из налоговой сообщили, официально — нет. Нашему корреспонденту все-таки удалось попасть в этот офис без вывески. Мы уже показывали это видео. Там подтвердили, что это — Аурея. Но общаться — отказались.Аурея это на самом деле, или под её названием работают какие-то другие люди, — непонятно. Ясно одно: в разных городах страны схема — одинаковая.

А значит, главная задача — получение дохода. В Кирове проблемой обеспокоена общественность и известные, проверенные годами местные благотворительные фонды. На «круглом столе» они обсудили вопросы добросовестности в сфере благотворительности. Против сбора средств с помощью ящиков фонды ничего не имеют, некоторые сами используют такую форму. Так несколько лет вместе собирают средства Детский фонд и «Наследие Вятки». Главный принцип добросовестных фондов — открытость. Должна быть прозрачная отчетность. Как, к примеру, на сайте «Наследие Вятки». За прошлый год в Кирове собрали около 2х с половиной миллиона рублей. Всё — перечислено на лечение кировских ребятишек. На сайте Ауреи — отчеты, вроде, тоже есть. Но вызывают вопросы. Опубликованная сумма — тоже примерно 2,5 миллиона. Но собирали их почти три года и… по всей стране! Вопрос: обо всех ли отчитались? Прокуратура проверяет деятельность фонда в Кирове.Представители местных благотворительных организаций собираются создать в Кирове ассоциацию добросовестных фондов. Чтобы жителям города было понятнее, куда жертвовать, чтобы их помощь точно попала по адресу. Фонды принципиально отказались от сбора средств на улицах. И посоветовали кировчанам игнорировать сомнительных попрошаек с ящиками.

Расскажите о проекте в соц.сетях

В Липецке волонтер благотворительного фонда напал на прохожую

Добро должно быть с кулаками?

В последние три-четыре недели в Липецке появилось огромное количество подростков и молодых людей, собирающих пожертвования для больных детей. Порой они смиренно ждут, когда кто-то опустит в их ящики деньги, порой рассказывают в автобусах жалостливые истории о тех, кто нуждается в помощи, а порой своими действиями шокируют окружающих. Так, сегодня на улице Советской корреспондент GOROD48 стал очевидцем нападения волонтера благотворительного фонда «Созвездие добра» на женщину  (к сожалению, снять этот момент на камеру не удалось).

IMG_1548.JPG

— Я вышла из магазина «Карат». Подошла ко мне женщина и спрашивает, как пройти в дом. Она искала дом. Подходит в это время мужик и сует нам в лицо ящиком, показывая всем видом, что надо ему зачем-то деньги туда положить. Я не видела, что на ящике было написано. Я говорю: «Отойди. Видишь, мы заняты?» Он отошел. Я повернулась к женщине, разговариваю. А он сзади этим ящиком меня ударил! Я стала ругаться. Он отскочил. Но только я отвлеклась, — вы уже видели этот момент — он вторично бросился на меня. И убежал в это здание! — липчанка Галина Дедюрина показала на многоэтажку по улице Советской, 64, где арендуют помещения десятки организаций и фирм.

Мы решили проверить, какой такой благотворительный фонд собирает на улицах деньги и почему его сотрудники проявляют агрессию к тем, кто им не подает.

На входе в здание с прозрачным ящиком «Живи, малыш!» стояла молоденькая девочка, явно тинейджер. Спрашиваю ее, куда зашел парень с таким же коробом? Явно замешавшись, она сказал, что сейчас позовет некоего Женю, ушла и… пропала.

IMG_1549.JPG

Подождав на улице 5 минут, корреспондент GOROD48 зашел в здание и у женщины, продающей пирожки и напитки, спросил, какой офис арендует собирающая пожертвования молодежь?

— Пятый этаж, — сказала продавец.

— Я бы на вашем месте туда пошел бы с полицией, — сказал мужчина, услышавший вопрос. — Как-то я услышал часть их разговора, так вот, они хвастались, что получают 10 процентов от того, что соберут.

В кабинете, который указали, находились четыре человека — три девушки и парень. Тот самый, что огрел по спине ящиком для пожертвований Галину Дедюрину.

— Зачем вы это сделали?

Ответа не последовало. Парень с бейджиком Дима выскочил из офиса как ошпаренный, не забыв, правда, прихватить с собой «кассу».

Выяснив, кто к ним пришел, с корреспондентом поговорила Анастасия Буева, представившаяся заместителем регионального представителя зарегистрированного в Тамбове благотворительного фонда «Созвездие добра», созданного «для помощи детям с диагнозом ДЦП и иными заболеваниями».

Сразу скажем, что с документами у фонда все в порядке — ну, а как еще может быть в правовом государстве! Действительно, опекаемые студенткой вуза Буевой юноши и девушки собирают деньги для 7-летнего Игоря С. из Тамбова, которому, судя по выпискам, требуется реабилитация в ФГБУ «Евпаторийский военный детский клинический санаторий Минобороны РФ».

— Мы уже собрали для Игоря необходимые 125 тысяч рублей и сегодня переключимся на сбор средств для другого ребенка, — говорит Анастасия.

Получают ли за свой труд волонтеры деньги?

— Нет, — сказала куратор проекта.

Впрочем, две девочки с коробками для пожертвований, которым вряд ли больше 14 лет, сказали, что им дают по 150-200 рублей в день на проезд и питание.

А почему волонтеры проявляют агрессию к липчанам, которые их игнорируют? Как тот же Дима, например? Или почему проклинают горожан, которые им не подают (об этом случае корреспондент GOROD48 услышал в «маршрутке» из жалобы одной из пассажирок другой, мол, сегодня им не подала, так они пожелали ее внучке такого же диагноза, как у ребенка, которому собирали деньги)?

— Это — нехарактерные случаи. Этот Дима — сам больной человек. Он упросил нас позволить ему помочь больным детям, — сказала Анастасия Буева.

Такой тип сбора пожертвований, как этот, формально может быть законным. Ну, как законен в России сбор средств на капремонт жилья, например, или как законны платежи на общедомовые нужды. Конечно, дети, которым собирают на лечение, деньги получат (GOROD48 связался с мамой Игоря С. и она сообщила, что 125 тысяч рублей на реабилитацию ее сына собраны и вот-вот будут переведены на счет крымского санатория). Вопрос в другом — на какие цели и кому перепадает излишек средств, собранных студентами и школьниками? Ведь поверить в то, что организаторы таких сборов бескорыстны, сложно.

P.S. Анастасия Буева сообщила GOROD48, что в Липецке в последние две недели появились три лже-благотворительных фонда. Липовые филантропы, мол, дискредитируют их организацию и даже нападают на волонтеров «Созвездие добра», пытаясь отнять ящики с пожертвованиями и документы больных детей. Как же тогда сердобольным липчанам отличить тех, кто реально творит добро, от тех, кто наживается за их счет?

Источник: https://gorod48.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Хабаровская группа мошенников пытается нажиться на горе семьи потерявшейся Надежды Пыжовой

Молодые люди в футболках с надписями о помощи семье Надежды Пыжовой просят денег у жителей и гостей Хабаровска. Ни одна благотворительная организация краевой столицы не заявляла о проведении такого рода мероприятий. Руководители поисково-спасательных организаций и мать девочки предполагают, что все эти «попрошайки» — шарлатаны и мошенники.

Несколько дней назад  на центральных улицах краевой столицы появились молодые люди, призывающие местных жителей помочь копеечкой семье Надежды Пыжовой, пропавшей в ЕАО. Сотрудники неизвестной или, скорее всего, несуществующей благотворительной организации двигаются по обочинам дорог и предлагают автолюбителям дать денег для Пыжовых.

Мать Надежды Светлана  за материальной помощью ни к кому не обращалась.

— Я ни с кем не связывалась и ни у кого ничего не просила. Мне тоже никто не звонил и ничего не предлагал. Людей, собирающих в Хабаровске для меня деньги, я не знаю, — рассказала Светлана Пыжова, мать пропавшей Нади.

Кто эти люди — остается неизвестным до сих пор. Волонтеры поисково-спасательных отрядов имеют  большое желание встретиться с организаторами таких мероприятий — для «душевной» беседы.

— Людей, выманивающих деньги у хабаровчан якобы для помощи Пыжовым, необходимо наказать по закону. Они шарлатаны и пользуются горем других, — прокомментировал Сергей Савельев, руководитель поисково-спасательного отряда «Амур-Поиск».

Напомним,  трехлетняя Надя Пыжова вышла из своего дома 13 июня и до сих пор о ее судьбе ничего неизвестно. Поиски продолжаются уже третью неделю, но безрезультатно.


Источник: http://www.dvnovosti.ru/incidents/2017/06/29/68425/#ixzz4lN8A3Mmd
Новости Владивостока на VL.Ru 

Расскажите о проекте в соц.сетях

Олег Шарипков: Мошенники — обратная сторона моды на благотворительность

В последнее время пензенцы все чаще жалуются на людей, которые собирают деньги на лечение тяжелобольных детей, но потом выясняется, что это — просто мошенники. Такие случаи вызывают широкий резонанс. Последний скандал вызвал бурные обсуждения в Facebook, исполнительный директор фонда «Гражданский союз» Олег Шарипков тогда призвал горожан,наткнувшихся на жуликов, активно заявлять в полицию. Редактор ИА «Пенза-Пресс» Галина Преснякова встретилась с общественником и попыталась разобраться в незаконных схемах, которые используют мнимые благотворители, и в том, как им можно противостоять.

— Олег Викторович, лжеблаготворителей чаще можно встретить на улицах?

— Раньше орудовали на улицах, этой весной появился новый тренд — они стали заходить в торговые центры. Причем чтобы получить разрешение установить ящик или стойку, они присылают по электронной почте владельцу магазина пакет документов,очень похожий на настоящий. Непрофессионал с вероятностью 99% скажет, что это нормальная организация и давайте их пустим.

У нас в Пензе впервые такой случай произошел весной, прислали письмо директору торгового центра, в который хотели зайти, а она — председателю правления нашего фонда Игорю Львовичу Зайдману, он, уже зная ситуацию, — мне. Я сказал, что это однозначно мошенники. И их не пустили. А в другом магазине они ящик установили.

— Насколько я знаю, в том торговом центре, куда «благотворителям» удалось попасть, проблема была в том, что организация была зарегистрирована официально, но работать в Пензенской области не имела права. Такая ситуация часто происходит?

— Они все так делают. Схема вот какая: организация регистрируется в одном месте,условно говоря, в Самаре, деньги собирает в Пензе, а помогает ребенку в третьем месте, каком-нибудь Красноярске. Для чего это делается — чтобы нельзя было отследить движение денег.

В статье 14 закона «Об общественных объединениях» однозначно говорится о том, что организация должна работать там, где зарегистрирована: местная — в определенном населенном пункте, региональная — в своем регионе, межрегиональная — в нескольких субъектах, у федеральной должны быть филиалы в не менее чем 58 регионах. По-другому нельзя.

Как работают мошенники: они регистрируются как местная организация, потому что на другом уровне гораздо сложнее регистрироваться, и спокойно работают в Пензе. К ним подходит полицейский, который не знает этого закона, смотрит документы,свидетельство о регистрации, вроде все нормально, «стойте дальше». Их даже в отделение не забирают.

Что они делают еще, чтобы вызвать доверие? В какой-нибудь деревне, допустим, под Красноярском, они находят малоимущую одинокую мамочку с больным ребенком и говорят, что будут для нее собирать деньги. С женщиной заключают договор, и если ей позвонят, то она подтвердит, что с фондом сотрудничает. Раз в месяц ей пересылают по 3 000.

— Но это явно не все деньги?

— Это 0,1%. А ей нормально, ей все равно, из каких источников деньги приходят.

Бывают случаи, когда собирают на ребенка, который уже умер, на ребенка, который уже не нуждается в лечении. С одной организацией у нас был случай, когда следователь начал копать и позвонил мамочке, для которой собирали деньги, она жила в Краснодарском крае. Она подтвердила, что сотрудничает с фондом,но в больнице, в которой ребенка лечили, следователю сказали, что в платном лечении он не нуждается.

Поэтому как только вы видите такую схему из трех городов — перед вами мошенники.

Как работают нормальные фонды: во-первых, они не собирают деньги на улицах, это,скорее, исключение. И, как правило, хорошие фонды не собирают наличные, они предоставляют реквизиты, номер, по которому надо отправить деньги или SMS. И если они зарегистрированы в Пензе, то и деньги собирают в Пензе и помогают детям пензенским. Для этого фонды и создаются, чтобы помогать детям в том городе или регионе, где они созданы. У нас достаточно много таких организаций. Мошенники,по сути, лишают наших детей денег, которые могли бы пойти на их лечение. Средства идут в карман неизвестно к кому.

Вторая опасность в том, что эти мошенники берут на работу несовершеннолетних,потому что их нельзя привлечь за административное правонарушение. Полиция может их только забрать, выяснить личность и передать родителям. А если есть письменное разрешение от родителей с подписью (которую иногда сами подростки и ставят), то даже не забирают в полицию.

То есть они создают видимость законного представительства, хотя находятся вне правового поля. И это сшибает систему. Когда ты легализовался и что-то сделал не так, сразу придут из соответствующих органов. А они никуда не отчитываются,и поэтому и вопросов к ним нет. Их не может ни налоговая прищучить, никто. Наша налоговая не может привлечь к ответственности, потому что они в Пензе не зарегистрированы, а в другом городе они платят налоги, к ним тоже претензий нет.

В прошлом году одну такую организацию мы вытеснили благодаря совместной работе: журналистов, правоохранительных органов, пользователям соцсетей, блогерам. 10 месяцев их не было, а сейчас пришли очень осторожные ребята. Правда, такого беспредела, как в 2016 году, нет: девушка стоит в одной точке на ул. Московской. Мы знаем ее, вычислили, и каждый день полицию ей вызываем. Я думаю, она тоже скоро исчезнет оттуда.

— То есть статья закона, запрещающая работать по схеме «три города», а ответственности за ее несоблюдение нет?

— Ответственность — на юрлице, но те, кто стоят и деньги собирают, они не юрлица.

— Но их действия можно подвести под статью о мошенничестве?

— Можно, но трудно. Потому что для этого надо, чтобы человек дал «благотворителю» деньги, написал заявление в полицию, а там должны проверить, что их она положила себе в карман. Ее надо тогда выследить или поймать в тот момент, когда деньги на карточку кладут.

— Но это практически невозможно…

— Это трудно, но можно. Потому что тот следователь, который работал по подобному делу в 2016 году, нашел и четырех заявителей, и получил разрешение, чтобы отследить транзакции. Но дело муторное, а результат небыстрый, поэтому оно просто сходит на нет.

— Планируется ли предпринимать какие-то меры, чтобы разрешить эту ситуацию,может, на федеральном уровне предпринимаются какие-то меры?

— В Москве ребята объединились и создали проект «Вместе против мошенников». Они очень активно занимаются этой проблемой, мы тоже поставляем материал. Весной была первая конференция, на которой мы обменивались опытом, как приструнить этих мошенников. Там были и представители прокуратуры, и органов власти,и сотрудники фондов из разных городов. Я тоже приезжал, рассказывал нашу историю. Можно сказать, что началось движение противодействия. Объединение«Вместе против мошенников» сотрудничает и с нашими соцсетями, чтобы туда тоже не допустить мошенников.

— Насколько я знаю, после этой конференции была подписана декларация о добросовестности в сфере благотворительности. Пенза тоже присоединилась к ней?

— Да, мы тоже ее подписали.

— В последнее время звучат такие предложения по легализации благотворительности как выдавать чеки о каждом пожертвовании, отказаться от уличной благотворительности, запретить создавать НКО со схожими названиями. Эти меры могут как-то повлиять на ситуацию?

— В совокупности, конечно, эти меры могут помочь, но поодиночке — вряд ли. Действительно, очень много появляется клонов одной и той же благотворительной организации. Они не только называются так же или почти так же, но и создают сайты-клоны: копируют легальный сайт, меняют только банковские реквизиты. Человек уверен, что жертвует деньги.

— Но непрофессионалу, наверное, и не разобраться, что перед ним — сайт-клон,а не страница настоящей благотворительной организации?

— Почему, можно. Надо смотреть SSL-сертификат, он находится в адресной строке слева: зеленое поле и замочек на нем. У мошеннических сайтов или нет этих сертификатов или они левые. И наполнение сайтов тоже отличается.

Есть также сайты-шаблоны, где в графе «Наши акции» — все новости с одной картиной и одинаковым текстом, в разделе «Наши отчеты» — таблица с пояснением от разработчиков о том, что надо вставить реальные данные. Это рассчитано на то,что человек посмотрит пять секунд на сайт и подумает: «Ну да, нормальная организация, можно отдать деньги».

— Возникает вопрос: почему проблема «мнимых благотворителей» сейчас стала такой актуальной?

— Вообще эта проблема возникла два-три года. Ведь именно в 2012—2014 году благотворительная сфера стала популяризироваться, в сознании у людей что-то перевернулось, и они стали легче жертвовать. Люди легко стали жертвовать: на котиков, на больных детей. Это стало модным, а мошенники — обратная сторона этой моды.

Еще что подогрело интерес — телевидение, когда с экранов звучали призывы типа«Давайте соберем деньги Жанне Фриске» и за две минуты собирали 30 миллионов. Жулики увидели, что люди легко с деньгами расстаются и поняли, что можно легко обогатиться.

В других странах тоже через это проходили, но там люди договорились и выработали свои механизмы защиты. Например, создали реестры добросовестных благотворительных организаций. И люди, которые хотят пожертвовать, смотрят в этот реестр и понимают, каким организациям можно доверять.

— У нас в России нет такого реестра?

— Нет, но думаю, что у нас рано или поздно такое появится. В разных регионах уже стали появляться местные союзы добросовестных организаций. В Нижнем Новгороде создали «Ассоциация добросовестных благотворительных организаций», возможно,и в Пензе стоит сделать нечто подобное.

— Какие советы можете дать людям, чтобы они не попались на удочку лжеблаготворителей?

— Во-первых, я бы советовал жертвовать тем организациям, которые в Пензе давно работают и известны. Во-вторых, не надо лениться, стоит поискать информацию о фондах в местных СМИ. Если это легальная организация, о ней будет много хорошего написано, но если — ноль информации и выскакивает один сайт — это повод задуматься.

Если вы натолкнулись на таких ребят на улице, то надо смотреть, где зарегистрирована организация, на кого деньги собирает. Если видите схему из трех городов, позвоните в полицию 112 и сообщите, где вы находитесь и что, по вашему мнению, здесь работают мошенники, попросите провести проверку. Ничего в этом зазорного нет. И если таких обращений будет много, мошенники поймут, что их будут каждый день таскать в полицию, они уедут.

— То есть раз к ответственности привлечь сложно, то…

— Надо затруднить до невозможности их деятельность.

Фотография: Фото Галины Пресняковой
Источник: http://www.penza-press.ru/
Расскажите о проекте в соц.сетях

Житель Ростовской области заподозрен в мошенническом сборе денег

Сотрудники полиции задержали в Ростовской области мужчину, который, по версии следствия, получил более полумиллиона рублей пожертвований на лечение выдуманного ребенка.

По данным областного управления ведомства, задержанный разместил в одной из социальных сетей ложное объявление о сборе средств на лечение. Фотографию больного ребенка для иллюстрации своего объявления он взял из интернета. «На указанный в публикации номер банковской карты граждане из разных областей перевели денежные средства. Общая сумма составила более 500 тысяч рублей«, — сообщил представитель полиции.

В отношении 29-летнего жителя города Донецка Ростовской области возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.159 Уголовного кодекса России (мошенничество), передает сегодня «Интерфакс».

Комментариев подозреваемого или его официальных представителей относительно позиции следствия пока не поступало.

Ранее » Кавказский узел » писал, что 11 апреля были задержаны двое жителей Волгодонска, которые, по мнению следствия, похитили 20 миллионов с благотворительных счетов для тяжелобольных .

 

Источник: https://www.mngz.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

В регионе появились мошенники, которые собирают средства якобы для детей-сирот

В последнее время участились случаи сбора наличных средств представителями различных благотворительных фондов якобы на нужды детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе находящихся в государственных организациях Липецкой области. При этом в качестве доказательств приводятся документы, якобы свидетельствующие о взаимодействии этих благотворительных фондов с организациями для детей-сирот.

Управление образования и науки Липецкой области, как орган, курирующий деятельность организаций для детей-сирот в Липецкой области, сообщает, что ни одна из этих организаций ни каким образом не уполномочивала никакие благотворительные фонды на сбор средств для детей-сирот, которые там содержатся.

Сейчас в управлении нет информации о том, что благотворительные организации занимаются сбором наличных средств на улицах, в транспорте, торговых центрах с использованием несовершеннолетних в качестве волонтеров.

Если Вы лично хотите оказать благотворительную помощь организации для детей-сирот, или конкретному воспитаннику данной организации, Вы можете самостоятельно обратиться в организацию для детей-сирот (контакты организаций размещены на сайте «Опека и попечительство в Липецкой области» – opeka48.ru  в разделе «Обратная связь», «Организации и учреждения»). Кроме того, в каждом муниципальном образовании Липецкой области действуют общественные организации – Клубы замещающих родителей (контакты также размещены на сайте «Опека и попечительство в Липецкой области» — opeka48.ru в разделе «Обратная связь», «Клубы замещающих родителей области»), через которые Вы также можете оказать благотворительную помощь детям-сиротам, воспитывающимся в замещающих семьях.

Источник: ГТРК «Липецк» — http://vesti-lipetsk.ru/v-regione-poyavilis-moshenniki-kotorye-sobirayut-sredstva-yakoby-dlya-detej-sirot/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Верховный суд разберется с двойниками фонда «Подари жизнь»

Верховный суд (ВС) пересмотрит решения судов Красноярска, отказавших благотворительному фонду «Подари жизнь» Чулпан Хаматовой и Дины Корзун в защите от незаконного клонирования наименования организации. Суды отказываются пресекать деятельность самозванцев, которые используют раскрученные наименования НКО, вводя в заблуждение других лиц и подрывая институт благотворительности.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС 11 июля рассмотрит кассационную жалобу московского фонда помощи детям с тяжелыми заболеваниями «Подари жизнь», созданного в 2006 году актрисами Чулпан Хаматовой и Диной Корзун. Они обжалуют решения судов Красноярска, отказавшихся прекратить деятельность одноименного фонда, учрежденного в 2015 году красноярскими предпринимателями Еленой и Олегом Чипизубовыми (см. “Ъ” от 8 апреля 2016 года и 9 февраля 2017 года). Суды в Красноярске сочли, что нормы Гражданского кодекса (ГК) охраняют лишь названия коммерческих организаций, а не НКО. Но истцы настаивают, что деятельность «двойников» подрывает репутацию общеизвестной НКО и институт благотворительности, лишая реальной помощи тяжелобольных детей.

ВС просят сформировать «важную и необходимую практике правовую позицию» о том, что наименование НКО подлежит защите от создателей клонов. В жалобе говорится, что госпожа Чипизубова «под видом работника» общеизвестного фонда «Подари жизнь» осуществляла сбор средств для якобы благотворительной деятельности (по материалам дела, получала пожертвования и нанимала сотрудников, которые по ее указанию брали займы в банках), однако фактически фонд-клон такую деятельность не вел. Cами предприниматели не скрывали в ходе процесса, что создали фонд для сбора средств на лечение одного ребенка-сироты, которого им разрешили усыновить. На сайте фонда об усыновлении не говорится, при этом можно обнаружить и другие проекты (например, по отправке детей в летние лагеря), но подтверждающие это предусмотренные законодательством документы и отчетность отсутствуют. Указанный на сайте фонда номер мобильного телефона был выключен, на звонки по номеру в данных о регистрации фонда никто не ответил.

По мнению заявителей, суды не оценили нарушение их интересов, хотя должны были исследовать вопрос недобросовестности ответчика, иначе «любое наименование НКО может быть использовано с причинением вреда и введением в заблуждение лиц в отсутствие реального осуществления благотворительности». Эти доводы заслуживают внимания и вызывают сомнения в законности обжалуемых решений судов, согласился судья ВС Вячеслав Горшков в определении о передаче дела на рассмотрение коллегии.

«Законодательство и судебная практика не препятствуют появлению благотворительных фондов-клонов, которые используют наименования известных фондов с безупречной репутацией, паразитируя на них, собирают средства граждан и организаций, а тратят их на неизвестные, в том числе регистрирующему их Минюсту, цели»,— отмечает представитель фонда Чулпан Хаматовой, управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай. В Минюсте “Ъ” сообщили, что правила регистрации НКО в данном деле не нарушены, поскольку полные названия спорящих фондов «не идентичны»: московский зарегистрирован как «Благотворительный фонд помощи детям с онкогематологическими и иными тяжелыми заболеваниями “Подари жизнь”», а красноярский — как «Благотворительный фонд “Подари жизнь 24”». Ведомство, однако, не уточняет, что цифры «24» появились в измененном названии красноярского фонда только в апреле этого года, а в 2015 году оно было зарегистрировано Минюстом с «брендом», идентичным московскому. По данным «Картотеки.ру», в РФ было зарегистрировано еще около 30 фондов «Подари жизнь». По мнению Минюста, «в качестве одного из механизмов защиты интересов благотворительных организаций могут использоваться институты товарного знака или знака обслуживания». Но в целом проблему «целесообразно рассматривать комплексно, привлекая специалистов в области интеллектуальной собственности, информационного и уголовного отраслей права», поскольку использовать наименование известной благотворительной организации «могут и группы лиц, действующие без госрегистрации».

Отметим, что сложности в применении принципа добросовестности в частном праве обсуждались в мае на VII Петербургском международном юридическом форуме. Министр юстиции Александр Коновалов тогда заявил, что «выработкой критериев объективной добросовестности должны заниматься суды», поскольку «нравственность и правоприменение не имеют между собой в формальных терминах ничего общего».

Анна Пушкарская, Санкт-Петербург

Источник: https://www.kommersant.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Мошенничество или благотворительность?

В Орле вновь появились молодые люди с ящиками для сбора пожертвований в руках. Они представляются волонтерами некоего фонда, однако проверить информацию сложно, и сборы эти вызывают у горожан сомнения.

Орловцы делятся в соцсетях своими подозрениями, некоторые пытались связаться с обозначенным фондом и получили ответ, что организация таким образом деньги не собирает и не нанимает для этого людей. В орловском областном клубе волонтеров так же подтвердили, что их волонтеры не выходят на улицу, благотворительные сборы ведутся иным способ, в Интернете и при помощи СМИ, а деятельность этих молодых людей действительно подозрительна.

Мария Гуржова, представитель орловского областного клуба волонтеров: «Я недавно заходила на страницу этого благотворительного фонда, там ни одного отчета нет, хотя сбор ведется только в нашем городе примерно полгода. То есть, я не могу судить, куда идут эти деньги, может быть они передаются больным людям, но благотворительные фонды, как правило, сборов в маршрутках не ведут».

Благотворительность – дело добровольное, поэтому каждый желающий помочь имеет полное право проверить информацию, потребовать документы и контактные телефоны для уточнения сведений. Будьте осторожны и внимательны, если к вам подошли на улице с просьбой помочь финансово.

Очевидцев сбора денежных средств на улицах просят обратиться в полицию или сообщить в «ППД-Орёл» по телефону 8(4862)22-23-01.

 

Источник: http://www.oryol.ru/ (Орловское информбюро)

Расскажите о проекте в соц.сетях

Сильные дети наживаются на слабых

Российские правоохранители ничего не могут сделать с теми, кто зарабатывает на тяжело больных детях. В дело вступают активисты, но «бизнес» только расширяется.

В мае 2017 года представители 216 благотворительных организаций России официально отказались собирать наличные деньги и продавать благотворительные сувениры на улицах и в общественном транспорте. Но люди с ящичками для пожертвований и призывами помочь детям, взрослым или животным продолжают ходить по городу.

История с сомнительными сборами началась около трех лет назад. Вначале мошенники прикрывались фондами с хорошей репутацией или действовали от лица вымышленных организаций. Теперь они не стесняются открывать собственные благотворительные фонды, делать себе рекламу, раскручивать паблики. Некоторые связываются с мамами детей, которым действительно нужна помощь, и даже переводят им какие-то деньги. Но это лишь малая часть того, что собирают такие «волонтеры». Сколько на самом деле горожане кладут в коробочки, оклеенные детскими фотографиями, остается только гадать. Законов, регламентирующих работу с переносными ящиками для сбора средств, не существует.

«В какой-то момент количество людей, которые бродят по улицам с ящиками, стало превышать все мыслимые масштабы, – говорит директор благотворительного собрания «Все вместе» Татьяна Тульчинская. – В 99% случаев это никакие не волонтеры. Они получают зарплату из этих же самых ящиков, чаще всего черным налом».

Кто стоит за лжефондами, и главное, что с этим делать?

Москва – Петербург – Лондон

В июне 2015-го в Москве встретились друзья детства из украинской Горловки Олег Терехов и Роман Поддубный. Имея опыт «благотворительной деятельности» на родине, приятели зарегистрировали в российской столице фонд «Дари Добро» и спустя месяц уже засветились в сюжете программы «Вести»: на видео корреспондент привлекает полицейских для задержания «волонтеров» фонда, а затем врывается в офис сомнительной организации. Терехов и Поддубный встречают его с нескрываемым равнодушием – видно, что молодые люди уверены: никакого наказания не последует.

Олег Терехов (справа) и Роман Поддубный // Фото: vk.com

Зимой 2016/17 г. компаньоны перебираются в Санкт-Петербург и снимают офис в бизнес-центре у метро «Достоевская». Через несколько дней оттуда выходят первые сотрудники с фирменными ящиками новой благотворительной организации – «Поможем вместе».

Одним из волонтеров фонда оказалась бывшая медсестра Ирина Царева. После того как случайный прохожий рассказал ей о лжеволонтерстве, Ирина решила проверить своих «подопечных» в интернете. Оказалось, что 7-летнему Сереже Тугусову из г. Батайска на самом деле уже исполнилось одиннадцать. А 7-летняя Вика Заика, якобы находящаяся в центре временного размещения беженцев в Ростове, на самом деле проживает в Киеве. «Новая» связалась с мамой Вики, которая подтвердила: структуры Олега Терехова лишь однажды пожертвовали на борьбу ее дочери с нейробластомой сумму в 1000 гривен (около 2000 рублей). Перевод был сделан от имени фонда «Допоможемо разом», учредителем которого, по данным СПАРК, является все тот же Олег Терехов.

Из офиса на Достоевской предпринимателей спугнул канал Life78. На следующий день после выхода телесюжета всем волонтерам фонда пришла эсэмэска: «Работу временно прекращаем, о дальнейших действиях сообщим».

В разговоре с «Новой» Ирина Царева вспомнила, что при приеме на работу в «Поможем вместе» у нее интересовались знанием английского языка. И даже хвастались – собираемся расширяться на Европу! Так и произошло: 24 февраля гражданин Украины Олег Терехов (дата рождения совпадает с указанной в профиле у нашего героя) зарегистрировал в Лондоне некоммерческую организацию Kind People Ltd. (англ. ‘Добрые люди’) и в качестве контакта указал адрес в Санкт-Петербурге.

Деньги попросту пропивали

Примерно два месяца назад к нам обратился еще один молодой человек, написавший следующее: «Я раньше был лжеволонтером в Питере, знаю всю систему изнутри. Деньги, которые собирают в метро, и дут на новую хату или на новую тачку директору фонда, но никак не детям».

Всего, по словам нашего собеседника, зимой работало 8–10 «волонтеров» от фонда «Сильные дети»; собирать в метро удавалось в среднем по 4000–5000 рублей за смену, но эти деньги зачастую попросту пропивали – их оказалось легко вытащить из ящика с помощью проволочки. Собирались везде, то в Купчино в пивбаре, то на Московском проспекте в каком-нибудь солидном кафе.

«Сильные дети» за работой // Фото: vk.com

«Я искала работу промоутером – раздавать листовки, – рассказывает Наташа (имя изменено). – На сайте Avito нашлась вакансия от компании c логотипом Dobro («Солнечный Петербург»). В тексте ничего не было сказано о том, что я буду каким-то волонтером, что я что-то должна собирать. Набор на вакансию ведется с 14 лет. Оплата в среднем 200 рублей в час».

Наташа позвонила, и ее пригласили на собеседование по адресу Лиговский проспект, 44в. Там будущего промоутера встретила некая девочка. «Она достала ключ от офиса из распределительного щитка и отперла маленькую комнату, – продолжает Наташа. – Я спросила: «Так что же это за работа? Давайте мне листовки, и я пойду их раздавать». Но они начали промывать мне мозг: мы волонтеры, то-сё. Я сказала, что не хочу работать. Начали уговаривать: «Попробуй, тебе понравится, хороший заработок, ты будешь помогать детям». Как поняла Наташа, работать можно в две смены – примерно с 12 до 16 и с 16 до 20 часов.

Пока девушка думала, что ответить, в офис зашел парень лет двадцати с ящиком для сборов и пожаловался, что «на новой точке очень мало денег». Юная «хозяйка офиса» тут же открыла ящик, сковырнув с него металлическую проволочку, и высыпала деньги прямо на стол. «Сосчитав, она стала раскладывать деньги по картонным коробочкам, кажется, из-под йогурта, при этом какие-то данные вводила в компьютер. Высчитала зарплату парня – 20%. Получилось что-то около 300 рублей.


Я спросила его: «И сколько ты работал ради этих денег?» Он ответил: «Три часа. Но ты пойми – мы делаем благое дело!» Было видно, что он действительно так думает», – вспоминает Наташа.


«Работодатели» взяли у девушки копию паспорта, попросили заполнить анкету. Затем Наташе выдали фирменную накидку, ящик для сбора денег и отвели на площадь Восстания. Девушке предстояло говорить прохожим: «Здравствуйте, я волонтер фонда «Сильные дети». Сейчас мы собираем деньги мальчику Васе. У него ДЦП. Давайте поможем вместе». «Сотрудница фонда» познакомила нового «волонтера» с «куратором». Та следила, чтобы девушка постоянно обращалась к прохожим и требовала каждые 15–20 минут показывать, сколько денег собрано.

«Когда я подошла к очередной компании молодых людей, на меня наорали: «Да ты лжеволонтер! Да ты тварь!» Я ответила: «Подождите, я первый день работаю. В чем дело?» Мне объяснили, что приличные фонды деньги на улицах не собирают», – говорит Наташа. С новой работы она ушла в тот же день и очень жалеет, что вообще откликнулась на вакансию.

Ничей фонд

Фонд «Сильные дети» был зарегистрирован в апреле прошлого года в Новочебоксарске. В первый год жизни «Сильные дети» вели сборы сразу в нескольких городах. «Волонтеры» всплывали в Самаре, Ижевске, Уфе, добрались до Петербурга и Великого Новгорода.

На сайте «Сильных детей» выложены три списка дебетовых операций по лицевому счету Сбербанк-онлайн. Никакой другой отчетности нет. В разделе «Контакты» указан телефон горячей линии. Откликается любезный молодой человек – Дмитрий, сотрудник колл-центра. Свою фамилию – Мельничук – он называет после долгой паузы. Спрашиваю, можно ли поговорить с кем-то из руководства фонда в Петербурге. «У нас нет руководителей по городам. Есть инициативные ребята, которые занимаются сбором средств. И они вечером каждый день отправляют акты, сколько они собрали, и скидывают денежку на расчетный счет», – отвечает юноша.

На сайте фонда «Сильные дети» нет информации об учредителях, но их имена с легкостью гуглятся: Ерощенко Евгений Сергеевич, Ерощенко Сергей Евгеньевич и Семенов Дмитрий Сергеевич (последний числится «президентом»).

Номер Дмитрия Семенова можно найти ВКонтакте. Звоним. Причастность к «Сильным детям» Дмитрия, похоже, не радует. «Я являюсь президентом фонда, – вздыхает он. – Смотрите, то есть, ну дело в чем. Как бы да, в 2016 году я стал президентом этого фонда. Я и сейчас им по документам являюсь, но никак там не работаю уже или еще что… В общем, сейчас будут переизбирать президента».

По словам молодого человека, фонд они основали вместе с Сергеем Ерощенко, который сейчас в основном все и «регулирует». Оба «благотворителя» состояли в скандально известном фонде «Аурея», который ураганом прошелся по российским городам, сея в душах бдительных граждан сомнения в своей чистоплотности. Из некоторых городов, например из Пензы, «Аурею» изгнали местные активисты. Последний адрес «Ауреи» в Петербурге – на Лиговском, 87: там же, где теперь базируются «Сильные дети».

Серегей Ерощенко (на переднем плане) // Фото: vk.com

Звоним Сергею Ерощенко. Беседа начинается странновато.

– Вы являетесь учредителем фонда «Сильные дети»?

– Да! Нет! Мы документ только заполняли в апреле. Там занимается Семенов…

– Семенов сказал, что вы в основном все регулируете.

– Ошибка какая-то! Интересно!

Вместо ответа на более детальные вопросы Сергей предложил позвонить на горячую линию: «Я сейчас просто в Новочебоксарске, у меня прокат квадроциклов, я поэтому мало курирую. Я больше так, попечительский совет».

По стопам прадеда

«Волонтеров» фонда «Русь» в белых футболках, украшенных разноцветными отпечатками детских рук, можно увидеть на Невском и на канале Грибоедова. Как правило, они продают воздушные шарики.

«Волонтеры» «Руси» на улице и в метро // Фото: vk.com

«Русь» имеет корни в Барнауле, а в Петербурге его офис находится на Апрашке. Генеральный директор фонда Денис Шалунов делится с посетителями сайта историей о том, как он, вдохновившись опытом своего прадеда, основателя сельскохозяйственной коммуны «Жизнь и труд», решил помогать людям с зависимостями, а также бездомным. Теперь «Русь» якобы помогает всем: от погибших в Великую Отечественную (убирает могилы) до детей Донбасса.

В центре – основатель фонда «Русь» Денис Шалунов // Фото: vk.com

На сайте организации какая-либо отчетность отсутствует в принципе, указаны только «необходимые» и «собранные» суммы. В разделе «Нужна ваша помощь» – семь детей, в основном из Алтайского края, с совершенно разными медицинскими проблемами – от задержки в развитии до энцефалопатии. Для пяти ребят деньги собирают как минимум с 2015 года. Какие препараты нужны, где будет проводиться лечение, остается только гадать. Между тем «на постоянной основе открыт сбор средств по назначению платежа «Благотворительная помощь для лечения за границей».

На размещенном на сайте видеоролике «волонтеры» привозят пенсионерке… дрова. Про деньги – ни слова. А ведь их собирают, давно и активно.

Борьба за правду

С 2015 года с уличными сборщиками борется группа «Петербург против лжеволонтеров», объединяющая представителей благотворительных и гражданских организаций. Активисты собрали воедино все публикации о псевдоблаготворительности, написали множество постов и договорились с десятками популярных пабликов о репостах, вместе со СМИ подготовили несколько телесюжетов и статей. Именно в эту группу обращаются первым делом горожане, столкнувшиеся с подозрительными сборами, именно сюда пишут бывшие «волонтеры», которые поняли, что ступили на скользкую дорожку.

В прошлом году Елена Грачева, координатор фонда AdVita, который более 15 лет помогает детям и взрослым с онкологическими и гематологическими диагнозами, обратилась в петербургский метрополитен и получила официальный ответ, подтверждающий, что сборы в метро незаконны. Этот документ стали распространять в социальных сетях, призывая зачитывать его вслух на весь вагон, а затем вызывать полицию по связи «пассажир-машинист».

Через несколько месяцев из метро «волонтеры» ушли. Но просьба Елены Грачевой добавить к запрету на торговлю в метрополитене запрет на благотворительные сборы осталась без ответа. Тогда эта информация попала бы в печатные правила, размещенные на станциях, и в звуковые оповещения на эскалаторах. Но транспортная полиция и Комитет по транспорту предложили фонду использовать свою квоту на социальную рекламу. То есть фактически дополнить и озвучить правила метрополитена за свой счет.

Квоту использовал фонд «Добрый город Петербург», и весь май над эскалаторами звучало предупреждение о том, что настоящие благотворительные организации денег в метро не собирают.

Благотворительное собрание «Все вместе» продолжит собирать подписи под своей декларацией о добросовестных сборах, продолжит диалог с метрополитеном и РЖД, будет сотрудничать с рекрутинговыми агентствами, чтобы исключить появление сомнительных «промоутерских» вакансий, и с социальными сетями, чтобы и там сомнительные сборы прекратились или хотя бы усложнились. На сайте stop-obman.info обещают разместить формы обращений в правоохранительные органы, а также разработать пошаговую инструкцию для неравнодушных граждан и обратиться к законодателям с инициативой внести поправки в статью 159 УК РФ, которые защитили бы честных благотворителей. Об этом и о многом другом говорится в резолюции первой всероссийской конференции «Все вместе против мошенников», которая состоялась в мае этого года Москве.

Ну а что делать прямо сейчас? Ведь пользуясь теплой погодой, молодые люди с ящичками и сувенирами один за другим выходят на улицу.


Фотографировать их самих, их документы и выкладывать в социальные сети. Лучше добавить к снимку хэштег #петербургпротивлжеволонтеров.


По словам помощника прокурора по связям со СМИ Юлианы Алексеевой, если возникают подозрения, что происходит мошенничество, следует обращаться в полицию. Если действующим лицом является несовершеннолетний, возможны два состава преступления: вовлечение несовершеннолетнего как соучастника в мошенничество (статья 159 УК РФ) и вовлечение несовершеннолетнего в занятия антиобщественной деятельностью (статья 151 УК РФ).

«Конечно, надо постоянно, каждый день вызывать полицию, а еще лучше – устроить флэшмоб, чтобы за день полицию вызвали человек двадцать», – делится опытом борьбы с сомнительными сборщиками Олег Шарипков, исполнительный директор пензенского фонда «Гражданский союз». Благодаря многократным обращениям во все инстанции, от местных правоохранителей до губернатора и Минюста, пензенским активистам удалось выгнать из своего города «Аурею». Увы, через десять месяцев в Пензе появилось сразу два новых сомнительных фонда, которые пока уличить в нарушениях не удается – несмотря на откровенно наглое поведение.

  • Если ящики установлены в супермаркетах и бистро. Стационарные ящики, которые установлены на каких-то площадках, например в гипермаркетах и бистро, открываются в присутствии представителей этих площадок. Они подписывают акты, и все движение средств задокументировано. Если ящик стационарный, значит, площадка заключила договор и получает отчеты о сборах.
  • Если волонтеры работают на городских фестивалях и праздниках. Для сборов на массовых мероприятиях нужен договор с организаторами, а они, как правило, внимательно относятся к репутационным рискам, так что проявить доверие к волонтерам на крупных Open air можно.
  • Если волонтеры работают на общегородских площадках. Существуют постоянные общегородские площадки, где организованы стационарные точки работы волонтеров – например, Летний сад и Михайловский сад, где волонтеры фонда AdVita стоят по договору с Русским музеем. Если есть баннер, столик, ящик, если волонтер вас не тянет насильно, а вы сами можете к нему подойти, значит, должен быть договор между фондом и этой площадкой.

Нина ФРЕЙМАН
Серафим РОМАНОВ

Источник: http://novayagazeta.spb.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

«Ниет». Как начать заниматься благотворительностью⁠⁠⁠⁠

Казахстан в мировом рейтинге благотворительности за 2016 год сдал позиции, резко опустившись с 56 на 96 место. Основная причина подобного положения дел кроется в недоверии. В благотворительности не всегда понятно, куда пойдут деньги. Например, приносишь в детский дом мешок подарков, а до детей доходит половина, или примешь участие в благотворительной акции помощи тяжелобольному, а средства в итоге не дойдут до адресата. По сути, из-за страха перед мошенничеством у людей и пропадает всякое желание помогать.

В марте этого года в Алматы был создан благотворительный фонд «Ниет». Инициаторы поставили перед собой амбициозную цель — сделать процесс благотворительности прозрачным. Они создали онлайн-платформу niyet.kz, через которую оказывается помощь детям из малообеспеченых и многодетных семей, опекаемым сиротам, детям-инвалидам, а также детям из семей, которые находятся в трудной жизненной ситуации.  На платформе благотворитель может сам выбрать ребенка, которому желает помочь. Кроме того, на портале есть возможность внести определенную сумму пожертвования, далее система автоматически распределяет и направляет перечисленные денежные средства детям в порядке очередности появления в списке. Каждый филантроп может через личный кабинет проследить за тем, как эти деньги дошли до получателя и кому конкретно была оказана помощь. На данном этапе фондом реализуется программа «Продуктовая корзина», в рамках которой оказывается адресная социальная помощь гражданам в виде сертификатов, которыми они могут самостоятельно воспользоваться в супермаркетах Алматы. В скором времени «Ниет» (в рамках программы «Дорога в школу») планирует организовать сбор средств для покупки необходимых школьных принадлежностей.

На сегодняшний день помощь была оказана уже 350 детям на сумму более 7,5 миллиона тенге. Всего на данный момент на сайте зарегистрировано и ожидают помощи 1593 ребенка.  Корреспондент Tengrinews.kz совместно с благотворительным фондом «Ниет» приводят истории людей, оказавшихся один на один со своими жизненными трудностями. «Купить много-много риса, чтобы каждый день варить плов» Мама Вовы Наталья Сторож узнала и обратились в фонд через районный отдел занятости и социальных программ, в котором мальчик с детства состоит на учете. Он потерял зрение после сложнейшей операции по удалению опухоли головного мозга. Володя родился абсолютно здоровым, но в год и 8 месяцев родители заметили неладное. Наталья Сторож вспоминает: «Сын начал терять зрение. Мы отправились в поликлинику, объяснили, что его пошатывает, он стал плохо видеть. Нам сказали, не стоит беспокоиться, это пройдет. В платной клинике нейрохирург сразу отправила на МРТ». Диагноз был поставлен ужасающий — опухоль головного мозга размером с яблоко. Была необходима срочная операция. За несколько дней родители собрали документы для получения квоты на операцию в институте нейрохирургии Астаны. Опухоль оказалась настолько большая, что врачи не могли ее удалить сразу. Мальчик потерял много крови и находился в критическом состоянии. В конце концов операция завершилась, но был задет глазной нерв. Ребенок полностью потерял зрение. Кроме того, после операции случился инсульт, Вову парализовало. К списку проблем добавился несахарный диабет. А потом началась новая жизнь. Восемь курсов химиотерапии, постоянное наблюдение у онкологов и нейрохирургов. Это было сложное время, постоянно нужны были деньги. Муж, не выдержав, ушел из семьи, оставив троих детей. Из финансовой поддержки – только пенсия по уходу за ребенком-инвалидом. Но Наталья смогла справиться. Старшие дети получили образование. У каждого из них сейчас уже своя семья. Наталья все время проводит с младшим сыном. В 7 утра они выходят из дома в Нижней пятилетке, чтобы к 9 успеть в школу. В Алматы всего одна специализированная школа для слепых и слабовидящих детей — школа-интернат имени Островского в микрорайоне Орбита. Три часа занятий пролетают незаметно. Первый год обучения Наталья находилась в классе. Вова не мог общаться с учителями, боялся других детей. Второй год дался легче. Тем не менее мама всегда рядом, и малыш это знает. Обратный путь занимает от 2 до 4 часов с пересадками. А вечером они садятся за уроки. Вове нравятся казахский и английский языки. Они всегда вместе. Мама и сын. Конечно, и сертификат от благотворительного фонда «Ниет» они получили вместе. Сертификат дает право использовать деньги для покупки продуктов в супермаркетах города. «Первое же, что он попросил купить, — это «много-много риса, чтобы каждый день варить плов, — рассказывает Наталья Сторож. — Плов у нас почти каждый день. Пристрастие обнаружилось именно после операции. Раньше он даже не знал, что это такое, не пробовал. А после переливания крови все изменилось, как будто кровь перелили именно от любителя восточной кухни. Первый раз Вова попросил плов, даже не зная названия. Он пытался объяснить, что это «маленькие рисинки с мясом».

Вова и Наталья Сторож получили сертификат на сумму 30 тысяч тенге. «Помощь хорошая, — добавляет Наталья. — Мы не всегда можем позволить себе покупать именно то, что Вова любит. А здесь он сам выбирал, что покупать. И конечно, сладкое. Конфеты в основном желейные, совсем сладкие он не любит, шоколадные тоже не ест. Печенье простое, без добавок. Он же не видит, я ему рассказываю, где что находится, а он говорит: «Хочу это и это». Вова не потратил деньги только на сладости. Как глава семьи и мамин помощник, Вова знает, что домой нужно покупать и «нужные» продукты. Не только сладкое. Это подсолнечное масло, приправы для его любимого плова, муку, сахар. Все продукты в этот раз он выбирал сам.

«Все, мамаша, ребенок ваш ходить уже никогда не сможет»

Быть матерью нелегко, быть матерью-одиночкой еще труднее. Нурпия Рысбекова знает все эти сложности непонаслышке. «С первым мужем у меня все было хорошо, мы любили друг друга, берегли, в семейной жизни это важнее всего. Только вот судьба оказалась к нам беспощадна, мой муж умер, оставив меня вдовой в двадцать пять лет, да еще и с маленьким сыном на руках». Через какое-то время Нурпия встретила мужчину. «Мне казалось, что я наконец-то нашла свое счастье, — делится воспоминаниями Нурпия. — Казалось, мне повстречался мужчина, который не только принял моего сына, но и мои взгляды. На жизнь, на поведение, на традиции… А как он умел красиво говорить! Я просто заслушивалась его признаниями в любви и верности, голова кругом шла от радости!» Нурпия и ее возлюбленный провели в мечети обряд «Неке қию», по традиции вместе отпив из чаши священной воды, чтобы потом до конца дней все делить пополам… «Когда я узнала, что беременна, счастью моему не было границ. Но Всевышний преподнес мне еще один сюрприз, как оказалось, у нас будет двойня. Я дни считала до родов, хотела поскорее мужу дочерей подарить, но он, как выяснилось, к подарку такому оказался не готов. Сразу после рождения двойняшек муж Нурпии исчез. Испуганная, она принялась его разыскивать, но напрасно: фамилия, имя и прочее, все, что рассказывал ей о себе супруг, оказалось ложью. «Нет данных о человеке — нет и самого человека, на кого подать заявление о выплате алиментов?» Вот так и случилось, что Нурпия осталась одна с тремя маленькими детьми. Теперь все ее счастье и все ее богатство — это старший сын Амир и девочки-двойняшки Адия и Айша. «Беда никогда не приходит одна, очень верная пословица. Тут с обманщиком-мужем такая история случилась, а через некоторое время выяснилось, что у одной из девочек киста в голове. У меня от ужаса сердце зашлось, думаю: за что мне все это? И тут, будто в насмешку, еще одно горе — у второй дочки проблема с ногами».  Лечение кисты чрезвычайно дорогостоящее, после каждого похода к врачу Нурпия выходила от него с рецептом и боялась идти в аптеку, продавцы называли такие суммы, что бедная женщина хваталась за голову. «А ортопеды?! К одному придешь, он посмотрит и говорит: «Все, мамаша, ребенок ваш ходить уже никогда не сможет», к другому врачу придешь, он тебе: «Все нормально, мамочка, чего вы тут панику разводите? Просто вы настоящих болезней не видели!» А какие болезни мне еще видеть нужно, как я могу поверить, что все нормально, если у моего ребенка одна нога больше другой!» Фото: РИА Новости Нурпия утирает слезы. Она не просит утешения, нет, просто хочет выговориться, рассказать о том, что наболело. «Пособие получаю — восемь тысяч тенге. Разве на эти деньги можно детей лечить? Прокормить бы хватило… Вы не обижайтесь на меня, я никого и ни в чем не виню, был бы у детей отец нормальный, разве бы мы так жили?»

Фонд «Ниет» поддержал Нурпию и ее детей. Подарил сертификат на сумму 20 тысяч тенге.  Фонд понимает, что невозможно обойтись такой суммой, чтобы решить все проблемы Нурпии Рысбековой, но очень надеется, что за их помощью в жизнь этой семьи придет еще какая-нибудь поддержка.

Источник: https://tengrinews.kz/article/557/

Расскажите о проекте в соц.сетях