Миллионы на жалости: зачем «гастролируют» благотворительные фонды

ТОМСК, 30 авг – РИА Томск, Елена Тайлашева.
Общественные активисты заподозрили в мошенничестве саратовский благотворительный фонд «Общие дети», его волонтеры появились в людных местах Томска в августе; они собирают пожертвования для Катюши Суворовой с ДЦП. Журналисты РИА Томск выяснили: девочка реально существует. Но некоторые детали заставляют сомневаться, что ее имя не используется для прикрытия.

Помогите девочке

«Пожалуйста, помогите больному ребенку!» – вежливые подростки подходят к людям в проходных местах, например, у фонтана на набережной Ушайки, у ЦУМа, у Драмтеатра.  На них надет синий жилет с надписью «Международный благотворительный фонд «Общие дети», в руках – прозрачный куб с фото Катюши Суворовой с ДЦП, контакты фонда и мамы, номера ее счетов. Томского адреса не указано.Прохожим некогда заморачиваться со счетом: кинул наличными 50-100 рублей, вроде как сделал доброе дело, и с приподнятым настроением спешишь по своим делам дальше… Томичка, редактор газеты «Область здоровья» и соучредитель АНО «Растем вместе» Светлана Сырова – первая, кто публично задался в соцсетях вопросом «а был ли мальчик?». В данном случае – девочка.

«В нашем городе фонды наперечет и все известны, и никто не ходит по улицам и под окнами областной администрации с ящичками. Попросила документы, мне показали нечто, заверили, что все законно и сообщили о том, что фонд находится на переулке Кооперативном», – рассказала Сырова.

По ее словам, сайт фонда сразу вызвал подозрения: там всего два подопечных ребенка; отсутствует какая-либо отчетность о движении средств и данные о попечительском совете, а без него в России благотворительные фонды существовать не могут. О президенте Попове Федоре Сергеевиче, кроме фамилии-имени-отчества, нет информации вообще, Гугл тоже не знает такого благотворителя.

Фонд зарегистрирован в Саратовской области, в селе Синенькие Сартовского района.  В базе данных www.rusprofile.ru числятся еще шесть организаций с таким же адресом. Поиск же по названию «Общие дети» первым делом отправляет на страницу одноименного фонда из Воронежа.

© РИА Томск. Таисия Воронцова

Волонтеры собирают пожертвования для Катюши Суворовой с ДЦП

«Сообщения о том, что фонд с таким же, как у нас, названием собирает деньги в кубах, мы получали две недели назад из Тюмени и Омска. Теперь вот, оказывается, то же самое происходит в Томске. Ни один нормальный фонд не пойдет с такой целью на улицу!» – рассказала в беседе с РИА Томск президент фонда «Общие дети» Воронежа Елена Авдеева.

Прозрачность как обязанность

Руководитель Детского фонда имени Алены Петровой Елена Петрова поясняет: серьезные благотворительные организации собирают пожертвования только в стационарные ящики-копилки. Они опечатаны и вскрываются в присутствии независимых контролеров. Четко указывается, на что именно и какая сумма требуется. Например, 100 тысяч на реабилитацию в конкретном центре. «Просто так, на ребенка» – неубедительный ответ.»За десять лет мы собрали 130 миллионов рублей и не ходили с ящиком по улицам – есть более цивилизованные способы. Важный момент: как благополучатели, профессиональные фонды обязаны быть абсолютно прозрачны, и на сайте таких организаций ежемесячно или ежеквартально появляется отчет: куда и в каком количестве пошли средства. Если его нет – это может указывать на недобросовестность», – говорит Петрова.

Члены ассоциации «Все вместе», объединяющей благотворительные фонды и волонтерские движения Москвы, в мае 2017 года составили Декларацию о добросовестности в сфере благотворительности при сборе средств через ящики-копилки. В ней прямо говорится о «набирающей силу опасной практике».

«Речь идет о практике сбора пожертвований от имени организаций в местах скопления людей <…> с применением внешних признаков благотворительного сбора (прозрачный ящик, фотографии подопечных, информация о фонде-сборщике и так далее). Как правило, этим занимаются люди, выдающие себя за волонтеров, а на деле получающие процент от собранных денег – то есть коммерческие агенты», – говорится в декларации.

Также в декларации уточняется: «Ряд расследований, проведенных СМИ, показывают: большая часть собранных наличных денег изымается руководством лжеволонтеров в собственный карман; в лучшем случае их небольшая часть используется для создания видимости благотворительной работы».

© скриншот страницы сайта wse-wmeste.ru

Декларация, опубликованная на сайте ассоциации «Все вместе»

По словам Елены Петровой, недобросовестные благотворительные фонды редко существуют больше трех лет. Потому что раз в три года проводится проверка Минюста. А Минюст – не общественность, он спрашивает за каждый рубль…»Через год-два такие фонды просто меняют название – были «Наши дети», стали «Дети наши», и все начинается по кругу», – говорит Петрова.

Деньги на реабилитацию

По данным межрайонной инспекции ФНС №12 по Саратовской области, БФ «Общие дети» был поставлен на учет 18 августа 2016 года. Когда журналисты РИА Томск позвонили на горячую линию фонда с вопросами об их деятельности, представитель предложил отправить запрос на юридический адрес, чтобы получить всеобъемлющий ответ.

«У нас два проекта, мы ведем двоих детей», – коротко сообщил собеседник. На вопрос, сколько существует фонд, он ответить затруднился.

Елена Суворова, чей телефон указан на кубах, рассказала РИА Томск: ее дочери 11 лет, за последние годы она прошла уже восемь реабилитаций, четыре оплатили разные фонды. Текущую оплачивает БФ «Общие дети». На его сайте выложены сканы свидетельства о рождении девочки, паспорт мамы и ее заявление с просьбой начать сбор средств, выписка врача, справка об инвалидности. Сканы этих документов томские волонтеры носят с собой.

«Я писала в разные фонды, но ребенок взрослый, и многие отказывают: считается, что хорошее восстановление у детей с ДЦП только до шести лет. Фонд «Общие дети» сам вышел на меня. Мы работаем с июля этого года, каждые 10 дней я получаю перевод 10-11 тысяч рублей. Курс реабилитации стоит 97 тысяч, пока они перечислили мне около 93 тысяч. В ноябре следующий курс, сказали, что нас не бросят», – рассказала Суворова.

© предоставлено пресс-службой ТГУ

Она добавила, что в семье трое детей, поэтому за любую помощь очень благодарна. Кстати, на расчетный счет от простых людей было всего два перечисления на сумму около 200 и 300 рублей, плюс был один перевод на номер телефона. Люди предпочитают кидать в кубы наличку… С директором фонда «Общие дети» мама Кати лично ни разу не общалась.Руководитель фонда имени Алены Петровой только разводит руками: по данным расследований в других городах, в городе с населением, как в Томске «гастролеры» собирают в кубы до 3 миллионов рублей в месяц. В прошлом году на оживленных перекрестках Томска к машинам подходили молодые люди с кубами, но благодаря действиям ДПС их деятельность быстро свели на нет.

Под проценты

По оценкам общественников, в Томске работают до 20 волонтеров фонда «Общие дети».

Они отрицают, что получают деньги за свою работу. Парень 15-16-ти лет, собирающий пожертвования у фонтана на набережной Ушайки, сообщил РИА Томск, что им оплачивают лишь проезд до места локации и «если надо – покушать». Однако непублично они озвучивают другую информацию.

На прошлой неделе в помещении Общественной палаты Томской области состоялась встреча одного из волонтеров, 17-летнего Игоря, со Светланой Сыровой и Еленой Петровой. На ней присутствовали советник уполномоченного по правам ребенка Томской области Людмила Петушихина, директор по развитию Фонда имени Алены Петровой Олег Петров и мама волонтера. Парень сам настоял на встрече, возмутившись, что  Сырова очерняет в соцсетях его фонд.

В ходе разговора (запись есть в редакции) выяснилось, что процент от сборов он все-таки получает. Какой именно, Игорь не сказал, но, по некоторым данным, это 20%. Договор, со слов мамы, заключен устно.

«Раньше я выписывал вещи в интернете. Но работать стало невозможно, потому что люди постоянно обзывают ребят с кубами мошенниками и денег не дают», – констатировал молодой человек. Он добавил, что объявление о работе нашел на Авито.ру

«Привлекаются подростки, которые хотят зарабатывать деньги, причем зачастую уже отчаявшись найти какую-то работу. Ни они, ни их родители не проверяют, что это за организация. Кто именно кует из томских подростков профессиональных попрошаек, пока остается невыясненным. Молодые люди упорно хранят в тайне адрес офиса и имена своих «работодателей», – говорит Сырова.

Она написала заявление в полицию. Пока в пресс-службе УМВД по Томской области лаконичны в комментариях:

«Одиннадцатого августа по указанному обращению сотрудниками полиции проведена проверка. Лицом, производившим сбор денег, предъявлен комплект документов, подтверждавших законность проводимого мероприятия, а также договор, заключенный законным представителем несовершеннолетнего, нуждающегося в помощи, с директором фонда. По результатам проверочных мероприятий каких-либо признаков преступления или административного правонарушения не выявлено».

Но проверкой документов у подростков дело не ограничится. По словам Елены Петровой, в конце прошлой недели к ним в фонд приходили представители полиции. Разговор длился долго, силовиков интересовало, какие документы обязан предоставлять благотворительный фонд. Расследование продолжается.

Источник: https://www.riatomsk.ru/

Расскажите о проекте в соц.сетях

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *